Палатка с красным крестом

Когда он относительно пришел в себя, все уже кончилось. Обстрел прекратился. Во дворе валялись покореженные тела. Люди суетились, обступили его. Тряслись челюсти у смертельно побледневших охранников.

– Вы в порядке, господин Хураши? – промямлил перепуганный Саиб Бургуди – человек в золотых очках.

Хураши был цел и невредим, отделался легким испугом. Он раздраженно оттолкнул от себя очкарика, поднялся. Где вы все раньше были, такие заботливые?

Охранники Юсуф и Ислам держали на мушке человека, который спас его от верной смерти, колебались, не знали, что делать.

Он ведь набросился на их господина, повалил его на землю!

Парню было не больше тридцати – среднего роста и комплекции, с тонкими чертами лица. Он поднимался, отдуваясь, опасливо поглядывал на стволы автоматов. Камуфляжная куртка, подсумок с боеприпасами, за спиной штурмовая винтовка. Обычные синие джинсы, кроссовки. Бороду с успехом замещала свинцовая щетина. Передряга явно не первая – джинсы порваны на коленках, потерян головной убор, все тело засыпано кирпичной крошкой.

Он казался испуганным – несмотря на то, что совершил весьма достойный, хотя вряд ли до конца осознанный поступок.

– Со мной все в порядке, – проворчал Хураши, отряхивая пыль со штанов. – Если уж вы не можете позаботиться обо мне, то Аллах пошлет спасителя.

Помянутый спаситель переминался, как бедный родственник, робко посматривал на Хураши, явно собираясь молвить слово.

– Как твое имя, ты кто? – спросил Хураши.

– Али Фаттах мое имя, достопочтенный господин Хураши, да хранит тебя Аллах, – ответил молодой человек и вежливо поклонился.

 – Я был инженером на электростанции, вступил в Сирийскую свободную армию…

При этих словах толпа неодобрительно загудела. Хураши предупредительно поднял руку. Парень облизнул пересохшие от волнения губы.

– Ты не веруешь в Аллаха? – вкрадчиво осведомился Хураши.

– Истово верую, мой господин… – парень из последних сил сохранял достоинство. – Только вера в Аллаха, Всесильного и Всеведущего, помогает нам жить и бороться.

Мы совершали много ошибок, господин Хураши, за что и расплачиваемся. Нас уничтожают так же, как и вас, мы потеряли половину бойцов и вчера отступили в пригород Хартам, где сейчас не ведутся бои. Мы на перепутье, господин Хураши. Нас с одной стороны давили курды, с другой – «Хезболла». Мы отступили, но тоже нанесли им серьезный урон, они теперь не могут наступать в квартале Киззим, господин…

– Ты знаешь, кто я такой?

– Конечно, – сказал парень.