Поезд дружбы

Лютый взглянул на стоматолога и спросил:

– Слышал, что советует мой друг?

– Что бы вы ни предприняли, дом вам не достанется. Он принадлежит мне.

– Хватит! – рявкнул Лютый. – Закрой свою вонючую пасть и слушай. Сейчас сюда приведут твою жену и на твоем же рабочем столе пустят по кругу. Ты знаешь, что это такое? Твою жену отымеют все мои парни. У тебя на глазах. Приласкают так, что вряд ли Гила после этого выживет. Если ты и потом продолжишь упираться, то следом за матерью на столе окажется твоя дочь. Назад хода уже не будет.

Я лично удавлю твоих сыновей. Придется убить и тебя, а дом сжечь. Жители поселка утром узнают, что это русские диверсанты разделались с еврейской семьей, намереваясь свалить убийство на местных патриотов. Да, я не получу дом, но это мелочь по сравнению с тем, как сдохнешь ты. Ну и как тебе такой сценарий?

– Вы не сделаете этого.

– Сделаю, Биглайзен.

– Нет. Совсем скоро подъедет милиция. Я нажал тревожную кнопку. Вы не просчитывали такой вариант, а я подстраховался.

Лютый рассмеялся еще громче.

– Милиция подъедет? Ну что ж, давай подождем. Посмотрим, как она подъедет. Я думал, ты умнее, Биглайзен.

– Влас, эта жидовская морда слила нас милиции? – проговорил Дунич.

– Ты же слышал, что сказал стоматолог.

– За это его надо наказать.

– Ты прав. Да и времени у нас в обрез. Мирон! – крикнул Лютый.

– Я! – ответил Безобраз из гостиной.

– Тащи сюда Гилу.

Биглайзен побледнел, но все же еще рассчитывал на помощь милиции. Там тревожный сигнал приняли, но к стоматологу наряд не поехал.

Таков был приказ начальника ОВД, приятеля Лютого.

Безобраз втащил в кабинет жену Биглайзена.

Лютый приказал:

– Раздеть ее догола!

– С удовольствием, Влас.

Безобраз сорвал с женщины халат, разодрал сорочку. Нижнего белья на Гиле не было. Она осталась голой и вся сжалась, пытаясь прикрыть интимные места.

– На стол ее, в позу.

Безобраз бросил женщину на рабочий стол и стал быстро расстегивать ширинку.

– Алон! – вскричала женщина.

 – Почему ты молчишь?

Биглайзен сдался и заявил:

– Перестаньте. Отпустите жену, я отдам вам все, что хотите.

– Это другой разговор. Мирон! Бабу в гостиную и там не трогать, дать одеться. Ты понял, Мирон? Не трогать!

– Понял. Эх, жаль, сорвалось, я бы порвал ее на лоскуты.

– Делай, что сказано.

Безобраз увел жену стоматолога.

Биглайзен сжал голову руками, плечи его вздрагивали.

– А ты хуже бабы, еврей, – презрительно сказал Лютый.