Рассказы об отце Брауне

Рассказы об отце Брауне

Гилберт Кит Честертон

Наталья Леонидовна Трауберг

Рассказы об отце Брауне – самая известная часть литературного наследия английского писателя и мыслителя Гилберта Кийта Честертона. В этот том вошли лучшие рассказы о знаменитом сыщике-интеллектуале.

Гилберт Кийт Честертон

Собрание сочинений в 5 томах

Том 3

© Алексеева Е., Грабарь Е., Ибрагимов А., Короткова Е., Красовицкий С., Кудрявицкий А., Ливергант А., Муравьев В., наследники, Стенич В., Стрешнев И., Сумм Л.

, Чепайтис Т., перевод на русский язык, 2017

© Трауберг Н., наследники, перевод на русский язык, составление, 2017

© Петровский И., наследники, примечания, 2017

© Оформление. ООО «Издательство «Пальмира», ПАО «Т8 Издательские Технологии», 2017

Из сборника

Неведение отца Брауна

Сапфировый крест

Между серебряной лентой утреннего неба и зеленой блестящей лентой моря пароход причалил к берегу Англии и выпустил на сушу темный рой людей. Тот, за кем мы последуем, не выделялся из них – он и не хотел выделяться.

Ничто в нем не привлекало внимания; разве что праздничное щегольство костюма не совсем вязалось с деловой озабоченностью взгляда. Легкий серый сюртук, белый жилет и серебристая соломенная шляпа с серо-голубой лентой подчеркивали смуглый цвет его лица и черноту эспаньолки, которой больше бы пристали брыжи елизаветинских времен. Приезжий курил сигару с серьезностью бездельника. Никто бы не подумал, что под серым сюртуком – заряженный револьвер, под белым жилетом – удостоверение сыщика, а под соломенной шляпой – умнейшая голова Европы. Это был сам Валантэн, глава парижского сыска, величайший детектив мира. А приехал он из Брюсселя, чтобы изловить величайшего преступника эпохи.

Фламбо был в Англии. Полиция трех стран наконец выследила его, от Гента до Брюсселя, от Брюсселя до Хук ван Холланда, и решила, что он поедет в Лондон, – туда съехались в те дни католические священники, и легче было затеряться в сутолоке приезжих. Валантэн не знал еще, кем он прикинется – мелкой церковной сошкой или секретарем епископа; никто ничего не знал, когда дело касалось Фламбо.

Прошло много лет с тех пор, как этот гений воровства перестал будоражить мир и, как говорили после смерти Роланда, на земле воцарилась тишина. Но в лучшие (то есть в худшие) дни Фламбо был известен не меньше, чем кайзер. Чуть не каждое утро газеты сообщали, что он избежал расплаты за преступление, совершив новое, еще похлеще.