Прерванный полет «Боинга-737»

– Ешь, – сказал он коротко и слегка свел брови, между которыми образовалась суровая вертикальная складка.

– Я не голодна.

В принципе, Рахиме не очень-то хотелось спорить, да и повод был пустячный, но, пожив некоторое время за пределами Афганистана, она незаметно изменила взгляды на многие вещи, казавшиеся ей прежде очевидными. Почему мужчины всегда и во всем правы? Почему они помыкают женщинами, как рабынями? Кто сказал, что именно это угодно Аллаху? Может быть, если бы Коран написала женщина, то и законы в нем были бы другие?

Рахима бесстрашно встретила взгляд Али, устремленный на нее.

На его висках вздулись изломанные вены, ноздри увеличились в объеме, глаза сделались страшными.

– Ты не слышишь, что я тебе сказал? – тихо, очень тихо спросил он.

Рустам исподтишка посмотрел на него и поспешил уткнуться в тарелку, на которой давно ничего не было.

Рахима по-прежнему не отводила взгляд. Она понимала, что Али просто не может отступить, но она тоже не собиралась отступать. Гордость, пробудившаяся в ней, была подобна неожиданно распрямившейся пружине.

Казалось, нет сил заправить эту гордость обратно, туда, где она годами сохранялась под прессом нравов и обычаев.

– Я слышала, что ты сказал, – проговорила Рахима звонким, вибрирующим от напряжения голосом. – Но ты тоже слышал: я не голодна. Я не хочу есть, понимаешь? Имею я право хотеть или не хотеть?

– Конечно, – кивнул Али. – Его глаза потускнели, как будто в них выключили огоньки подсветки. – У всех есть такое право. И я хочу, чтобы ты ушла.

Это мое желание.

– Что?

Рахима подумала, что ослышалась. Возлюбленный не мог прогнать ее из-за такого пустяка, как отсутствие аппетита и плохое настроение. Смягчи Али тон, сделай хотя бы намек на просительную интонацию, и Рахиму не пришлось бы уговаривать. Но он этого не сделал. И ситуация зашла в тупик.

– Уходи, – тихо повторил Али. – Я не хочу спорить с тобой, женщина. Просто уходи.

Потрясенная Рахима встала. Она представила, как идет мимо посетителей фуд-корта, как выходит на улицу, как…

Что – как? Что дальше? Ей некуда идти, не к кому обратиться за помощью, негде взять денег на еду и ночлег.

Она совсем одна в этом огромном, чужом, равнодушном городе, где никому нет дела до беженки из Афганистана. Но даже не это самое страшное. Хуже всего, что она больше никогда не увидит своего возлюбленного, не услышит его страстный шепот в ночи, не убедится вновь, каким он может быть нежным и внимательным, когда рядом никого нет.