Признание моджахеда

Раненный, он до конца командовал подчиненными, которых становилось все меньше. Абдул принял решение позволить русским, забрав раненых и убитых, уйти в «зеленку»! Но десантники не поверили ему. Так вот, тот офицер! В конце концов, он остался один и вышел из-за укрытия. Весь в крови, без автомата, так как кончились патроны. В руке зажата граната. Мы отошли, а он встал перед склоном, посмотрел на небо, вырвал кольцо предохранительной чеки, и через несколько секунд взрыв отбросил его изуродованное тело.

Валентина дрогнувшим голосом спросила:

– И все солдаты были мертвы?

Юнус ответил:

– Да! Удивительно, как они, смертельно раненные, теряющие кровь и сознание, продолжали драться. Этот бой сильно подействовал на Абдула. Он долго стоял над телами десантников, а потом приказал похоронить их с воинскими почестями, что и было сделано.

– И где их похоронили?

– В лесу. Недалеко от того места, где приземлили вертолет. В братской могиле. Документов при себе у разведчиков не было, а фамилию старшего лейтенанта, командира группы, мы узнали из письма, что нашли в его планшете. Это было письмо его невесты. Она ждала офицера. Тот вскоре должен был замениться. Но… навсегда остался лежать в афганской земле.

Дольский воскликнул:

– Почему же о судьбе десантников Абдул молчал столько лет?

– Это он объяснит вам сам.

– Вы покажете место того боя?

– Конечно! И братскую могилу тоже. Для этого Абдул и пригласил вас в Баррияр!

– Да! Война! И кому она была нужна?

– Тому, кому нужна власть! Власть хуже наркотика, власть дает все! И большие деньги в том числе.

Водитель прервал разговор напарника с журналистами, указав рукой вперед:

– Смотри, Юнус, мост поврежден! Когда мы ехали сюда, он был в полном порядке.

Помощник Абдула приказал:

– Стой, Хусейн! – Он обернулся к российским журналистам: – Быстро из машины – и в кусты.

Сергинский испуганно спросил:

– А что случилось?

Юнус крикнул:

– Я сказал, всем из машины! Быстро!

Съемочная группа выпрыгнула из внедорожника и залегла за ближайшим кустом. Юнус присел за правым крылом внедорожника, Хусейн залег чуть в стороне, в канаве за обочиной каменистой дороги.