Жизнь как роман

– …семь, восемь, девять…

Я открываю глаза и заглядываю в гостиную в тот самый момент, когда Кэрри сворачивает в коридор. Я не должна терять ее из виду. Чтобы ее не спугнуть, я продолжаю считать:

– …десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать…

Я тоже пересекаю гостиную. Солнце, заслоненное небоскребами, заливает все нереальным светом. Квартиру окутывает мерцающая вуаль. Я осторожно, стараясь остаться незамеченной, выглядываю в коридор.

– …четырнадцать, пятнадцать, шестнадцать…

Кэрри открывает своими маленькими ручками хозяйственный чулан и у меня на глазах залезает внутрь.

Не может быть! Я двадцать раз шарила в этом проклятом чулане.

– …семнадцать, восемнадцать, девятнадцать…

Я, щурясь, с замиранием сердца крадусь по залитому светом коридору. Истина совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки.

– Двадцать.

Я распахиваю на себя дверцу чулана, мне в глаза сыплется золотая пыль. Закручивается слепящий амбровый тайфун, в нем проступает силуэт человека-кролика в одежде швейцара.

Его уродливый рот открывается, и я слышу:

– Что бы вы ни делали, вам НИКОГДА не изменить конец истории!

И он разражается гадким смехом.

2.

Я рывком проснулась и в испуге подпрыгнула. Оказывается, я лежала поперек кровати. В комнате было нечем дышать. Я встала, чтобы прикрутить отопление, и немедленно улеглась опять. Горло пересохло, веки распухли, виски сдавило как обручем. Кошмар, превзошедший живостью реальность, оставил меня растерянной и почти бездыханной, как после целой ночи отчаянной беготни.

Я пролежала еще четверть часа, но мигрень не унялась, а только усугубилась, сделалась нестерпимой. Пришлось заставить себя встать, добрести до ванной и проглотить две капсулы диклофенака, запив несколькими стаканами воды. Шею парализовало, пальцы скрючились, как при артрите, пришлось разминать их ладонями. Так не могло продолжаться.

Раздался оглушительный звонок домофона. Я нажала кнопку и увидела лицо Тревора, привратника «Ланкастера».

– Здесь опять журналисты, миссис Конвей.

Час от часу не легче!

– Какие журналисты?

– А то вы не знаете!

Я помассировала себе виски, чтобы хотя бы немного унялась жуткая головная боль.

– Им нужны вы. Что им сказать?

– Чтобы проваливали.

Я выключила связь, нашла в гостиной очки для дали и выглянула в окно.

Тревор не соврал: на тротуаре напротив «Ланкастера» сгрудились два десятка журналистов.