Поцелуй в ночи

Все слишком странно. Хотя…

Хотя она любила странности.

6

Выдумать для себя героя – это то единственное, что ей оставалось. А кем всегда были герои? Людьми нестандартными (как правило, бандитами), или вовсе не людьми, а невиданными мутантами (то вампиры, то человеки-амфибии, то еще черт знает что такое). Из всего арсенала современности она предпочла сначала бандита, но, уже будучи не в ладу со всей этой страшной реальностью, окружавшей ее повсюду трагически-пошлыми бликами, она все-таки выбрала вампира.

Выдумать его, казалось бы, было намного проще. Насчет «проще» она все же ошиблась.

Повадки, свойства, внешние характеристики, откуда он, в конце концов, – все это не так-то легко нафантазировать (даже если насмотришься до черта этих фильмов про вампиров). Зайдя в итоге в тупик, Гелла только в общих чертах обрисовала Его:

внешне – что-то среднее между Крисом Сарандоном, Томом Крузом, Киану Ривзом и Донни Йеном, и, может быть, еще Каспером Ван Дьеном и Эдисоном Ченом. Красивый и мужественный, молодой и необычайно сильный;

внутренне – совсем не животное, пожирающее людей, а получеловек, полу-что-то не совсем ясное с богатым внутренним миром.

Вампирство, все же посчитала Гелла, – эта некая неизвестная науке болезнь, и ее вампир-человек страдает именно ею. А во всем остальном от человека его не отличишь. Разве только в тот самый момент, когда он превращается в не-человека.

……………………………………………….

7

Дейл вспоминал свое недавнее прошлое. Там, в Трансильвании, был когда-то его замок, окруженный величественным лесом с одной стороны, и быстрой горной рекой – с другой.

Там он помнил себя более молодым и более бесшабашным. Его старинный род и накопленные за триста лет богатства позволяли ему жить беззаботно. Он окружил себя знатью, учеными и художниками. Однако все они почему-то побаивались его. Он тогда еще и не догадывался, отчего. Ему тогда казалось, что его сразила какая-то непонятная болезнь: ведь каждое полнолуние он впадал в кому, и именно в этом ужасном состоянии ему снились безбожные кошмары. В них – кровь человеческая, липкая и горячая, лилась рекой, и в этом повинен был он, только он.

Дейл видел себя с окровавленным ртом, если эту пасть с длинными клыками по обе ее стороны можно было так назвать. Он содрогался от ужасного зрелища, когда видел самого себя, впивающегося длинными зубами-клыками, как у волка, в шею невинных девушек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».