Станции жизни: пункты назначений

Земля тряслась, и как будто сама Кибела отчитывала Аполлона за его вольности и прегрешения с многочисленными любовниками и любовницами – пошел в отца (Храм Аполлона в этом городе считался символом союза Бога и Кибелы). Иераполис окончательно пал.

И лишь театр и травертины избежали участи быть разрушенными… Природное чудо до сих пор радует нас своей божественной красотой и живительной силой. Хлопковый замок. Он блестит на солнце так же, как и чудесный римский мрамор.

Кто же здесь главный?

Аполлон, Кибела, Филипп?

А, может, божественно красивая природа-храм и искусство?.

А, может, туристы?..

Станция – Славков (Аустерлиц) (Чехия)

Маленький, совсем не красавец, с животом. Он стоял там, чтобы видеть весь ход сражения. Стоял не в самой лучшей точке. И войска его на поле были не в самой лучшей позиции. Русские и австрияки должны были его победить, без сомнения (как пишут историки – 85-ти тысячное войско коалиции против 40-50-ти тысяч французов). И внешне он не чета тому – высокому красавцу-блондину, который привел сюда к австриякам несчетное войско русских… Пора.

…………………

Все было обыденно. Новый вираж ухаживаний брненского ухажера привел его и меня в некую деревню Славков, которая, казалось, ничем не может быть интересна. Обычные осенние пейзажи чешского образца. Поля и равнины, но с некой австрийско-немецкой педантичностью и сдержанностью. Все правильно, все математически точно.

Из-за поворота показался большой светло-желтый дом, будто небольшая помещичья вотчина. Ничего примечательного. Перед домом фонтан, что-то напоминающее плохую копию фонтанов Версаля. Статуи. Мелкий щебень. Мои черные шнурованные сапожки давят эту неброскую щебенку. Скучно. Нехотя сфоткалась. День серый. Все вокруг такое же.

– Что за дом?

Зашли внутрь, обозрели нехитрый помещичий интерьер. Там внутри – кафешка. Выпили кофе, что-то пожевали.

-Что за дом?

-Здесь жил Наполеон.

-Когда?

-В 1805!

–И что?

И что? Разум отказывался верить, что я нахожусь там, где жил завоеватель всей Европы, когда вступил в борьбу с русско-австрийской коалицией. Я там, где Андрей Болконский понял всю мелочность своих мечтаний: «…все пустое, кроме этого бесконечного неба…»!

АУСТЕРЛИЦ!

Мемориальные постаменты в точке ставок каждого войска. Орудия. Могила мира – памятник погибшим солдатам трех армий.