Пылающие горы

Девки, помню, за курсантами табунами гонялись, да и наши в Переславль ездили, на заборах училищ висели, в надежде цепануть курсантика в женихи! Я вот тебе удивляюсь. Столько баб вокруг вилось, а ты так и не женился!

Николай не дал словообильному сегодня другу развить тему, предложив:

– Давай за дембель! Он, как и рождение, один раз в жизни бывает!

Соболев резонно заметил:

– Все в нашей жизни один раз бывает. Как и сама жизнь дается нам лишь единожды. Но за дембель – это святое!

Друзья выпили по второй.

Владимир спросил:

– Ты никогда не говорил, где служил. Секретная часть?

– Да нет, какая там секретная? На Дальнем Востоке обретался. Как попал после училища под Уссурийск, так и тянул лямку в одном и том же мотострелковом полку.

– И до каких чинов дослужился?

– До командира батальона, должен был подполковника на следующий год получить, но вот авария. Уволился майором.

– А мне кто-то говорил, что ты якобы на Кавказе, в спецназе боевиков гонял?

Николай усмехнулся:

– Откуда этому кому-то знать, где я служил?

Соболев согласился:

– И то правда!

Есипов закурил:

– Да что мы обо мне? Со мной все ясно.

Ты-то как? Все в участковых?

– Ага! До капитана дошел – и хорош! Так, наверное, до пенсии буду по участку бродить. А мне, если серьезно, Коля, чины и должности без разницы. Да и привык я в участковых. Все про всех на участке знаю, меня тоже каждая собака знает. Тяжких преступлений, тьфу, тьфу, – Владимир трижды сплюнул через левое плечо, – еще не было и, даст бог, не будет, а с хулиганкой да бытовухой разбираемся.

Сложнее с наркотой, но этим специальное отделение занимается.

Николай поинтересовался:

– Что, балуется молодежь?

Соболев вздохнул:

– Если бы баловалась, Коля! Два года назад не знали, что с этой чумой делать. Наркота буквально заполонила район. Потом, как взяли группу, промышлявшую доставкой и распространением дури, вроде ситуация исправилась. Но все одно наркоманов хватает. И если героин достать в поселке, да и Переславле тяжело, то анаши в достатке.

Ну и синтетики разной. И, главное, наркоши, как мухи, мрут, у меня на участке за год три передозы, а молодняк все одно втягивается в это гибельное дело.

– Ну вот, а говоришь, тяжких преступлений у тебя на участке не было. Разве распространение наркотиков не тяжелейшее преступление?

– Так гадостью не у меня торгуют! У меня лишь жертвы этой торговли. Но боремся, как говорится, по мере сил и возможностей.