Сентрал-парк

– Мастерская Никки Никовски находится вот здесь, – сказала Алиса, указывая на кирпичное строение пугающих размеров, бывшее некогда, судя по множеству труб, одним из флагманов былого индустриального расцвета Бруклина.

Они зашагали в сторону обращенного к морю фасада. Берег был почти безлюден: ни туристов, ни гуляющих. На Ван Брант кое-как выживали маленькие кафе и лавочки, но в это утро еще ни одни из них не успели открыться.

– Кто она, собственно, такая? – поинтересовался Гэбриэл, перешагивая через канализационную трубу.

– Топ-модель, блиставшая в девяностых годах.

У джазиста загорелись глаза.

– Настоящая манекенщица?

– Мало же надо, чтобы вас завести! – неодобрительно буркнула она.

– При чем тут это, просто я удивлен таким перерождением, – попробовал он оправдаться.

– Так или иначе ее картины и скульптуры начинают ценить галеристы.

– Ваш друг Сеймур – ценитель современного искусства?

– Более того, он увлеченный коллекционер.

Эту страсть он унаследовал от своего отца заодно с приличным состоянием, позволяющим ее удовлетворять.

– А вы?

Она пожала плечами.

– Я в искусстве ничего не смыслю. Каждому свое: у меня мои собственные охотничьи трофеи.

Он прищурился.

– Что же вы коллекционируете?

– Не что, а кого: преступников, всевозможных убийц и душегубов.

Дойдя до бывшей фабрики, Алиса и Гэбриэл немного потоптались в нерешительности, прежде чем обратить внимание на тяжелую чугунную дверь без замка.

Войдя, они воспользовались лифтом, вернее, подъемной платформой, нажав на кнопку последнего этажа. Лифт доставил их на забетонированную площадку с противопожарной дверью. Пришлось долго звонить в звонок, прежде чем перед ними появилась Никки.

* * *

На художнице был грубый кожаный фартук, толстые перчатки, противошумовые наушники, темные очки. Больше всего она походила на продавщицу скобяных изделий; вряд ли кто-нибудь смог бы угадать в ней бывшую модель.

– Здравствуйте, я Алиса Шефер. Мой друг Сеймур должен был…

– Скорее сюда! – перебила ее Никки, снимая маску и очки. – Учтите, на все ваши россказни мне плевать, не желаю в это встревать. Я срезаю вам наручники, после этого вы выметаетесь, понятно?

Они с готовностью закивали и ввалились в дверь.

Помещение, где они оказались, было форменной скобяной лавкой, мало чем похожей на мастерскую художницы.