Касание. Рассказы о любви

Девушки, как только увидели Диего, бросились к нему с многократными поцелуями, совсем не обращая внимания на его смущенную спутницу, будто все это для них было привычное дело.

«Может, он слишком часто водит сюда женщин?», – предположила она, чувствуя укол ревности, пока они бегло и звучно трепались о чем-то своем.

Она вслушивалась, но никак не могла понять их беглый испанский, и, разувшись, еще долго ходила по мокрому песку в каком-то дискомфорте, а они все время трепались и смеялись, искоса поглядывая на нее.

«У нее хорошая грудь», – только услышала она сквозь свист ветра и еще больше разозлилась. Все это принудило действовать ее самостоятельно, и она не стала ждать Диего и демонстративно двинулась к черным камням одна.

– Что он вообще о себе возомнил, дерзкий мальчишка?! – говорила она себе, выискивая удобный переход между камнями…

Уже через какое-то время они лежали довольно близко друг к другу и разговаривали, делясь впечатлениями. Тихий пляж казался обоим заслуженной сказкой после долгой утомительной дороги, сказочным местом, красивым и безлюдным, и им никто не мешал, кроме порывистого ветра, но и он был деликатен с ними, и нападал на них, словно прося разрешения.

– Здесь хочется остаться навсегда и смотреть, смотреть вдаль, на океан, каждый раз ожидая большую волну, – призналась она, доставая пачку Esse и зажигалку.

Он не курил, но в этот раз потянулся за предложенной ему сигареткой.

«Мучительная смерть», – задумчиво прочитала она устрашающую надпись на пачке.

Раньше она скептически относилась ко всему этому, курильщиков вокруг нее меньше не становилось, и она относила подобные вещи к маркетинговому ходу табачного лобби. «Дайте мне слепоту… А рак горла у Вас есть?» – шутила она с продавцами, и они по ужасным картинкам быстро находили то, что ей нужно. Теперь же надпись кричащими большими буквами заставляла невольно задуматься о том, что жизнь конечна, и что любого, даже самого счастливого существа на свете ждет один финал…

– Ты же не куришь, – улыбнулась она печально, когда Диего закашлял с непривычки.

Он развел руками, пытаясь подавить кашель, и снова затянулся. В этот раз уверенно и с прищуром.

– Не одной же тебе мучиться, – сказал он задумчиво.

Это была та самая сакральная минута примирения, когда они непроизвольно перешли на ты, а все прошлые обиды были оставлены за черными камнями. Им повезло. Пляж был безлюден, только они двое лежали на нем, созерцая перед собой голубое полотно океана.