Секретный агент

– Ясно! Я постараюсь помочь вам, Руслан Юрьевич, но работа потребует значительных финансовых затрат. Вы готовы платить?

– Готов! Назовите сумму!

– Позже, а сейчас, как говорится, не отходя от кассы, я должен поговорить с Иннокентием.

– Ради бога! Пойдемте в дом!

Генерал с адвокатом поднялись в квартиру Григорьева. Сын генерала еще был в постели, но отец быстро поднял свое чадо. А вскоре уехал, оставив Голикова наедине с сыном в домашнем кабинете. Туда же супруга Григорьева, мать Кеши, влюбленная в собственное дитя до безумия, принесла завтрак на две персоны.

Переговорив с сыном генерала, выяснив все подробности того, как Иннокентий, себялюбивый туповатый детина, изнасиловал девочку, и проинструктировав того о поведении при вызове на допрос к следователю, чего адвокат обещал постараться не допустить, Голиков покинул квартиру высокопоставленного чина ФСБ. В салоне «Мерседеса» набрал по сотовому телефону номер судьи Гвардейского района соседней с Московской области.

Тот ответил сразу:

– Кармашов слушает!

– Здравствуйте, уважаемый Леонид Сергеевич!

– Здравствуйте, – сухо ответил судья.

– Да что ты, Леня? Серьезно не узнал? Голиков на связи!

Голос Кармашова резко изменился:

– Игорь? Ты откуда взялся? Сколько лет прошло с нашей последней встречи?

– Да я уже, Лень, и не помню, лет пять, наверное! Когда мы юбилей окончания университета отмечали? В девяносто девятом?

– Да, в 1999 году! Точно, пять лет! Ты откуда звонишь?

– Из столицы, Леня, из златоглавой!

Голиков и районный судья вместе учились на юридическом факультете МГУ и долгое время жили в одной комнате студенческой общаги.

Кармашов поинтересовался:

– Ты по-прежнему в адвокатуре?

– Да! И эта работа меня вполне устраивает!

Судья усмехнулся:

– Еще бы! Деньги, поди, лопатой гребешь?

Голиков уточнил:

– Замечу, на законных основаниях, и не лопатой, а совочком. Но кое-что имею. И в декларации о доходах каждый гонорар указываю.

– Это хорошо, что на законных основаниях. Это правильно! А с чего ты вдруг вспомнил обо мне?

– Разговор есть, господин судья.

– Что за разговор?

– Пустяковый по большому счету, но важный. По телефону всего не объяснишь. Поэтому, если ты найдешь время принять меня, укажи его, и я подъеду.