Черничное королевство

Слава заскочил в дом, мигом взлетел по скрипучей лестнице и недоуменно уставился на выпотрошенный рюкзак и парочку, что копалась в его вещах.

Глава 4. Беска

Сначала он решил, что это бомжи, воспользовавшиеся его отсутствием, но тут мужчина обернулся на шум, и Слава понял, что здорово ошибся. Щегольские подкрученные вверх черные усики и аккуратно уложенные на пробор темные волосы никак не могли принадлежать бездомному бродяге.

Мужчина примерно лет тридцати, среднего роста, пропорционального, спортивного, но не богатырского телосложения скорее походил на гимнаста, чем на качка или борца, но шансов в драке против него у Славы все равно никаких не было.

Незнакомец одевался даже в чем-то щегольски: темные брюки в тонкую светлую полоску и коричневая кожаная жилетка поверх белой рубахи с необычным большим воротом.

Неизвестный тихо присвистнул, оценивая неловкость возникшей ситуации, и тогда обернулась и его миниатюрная напарница.

По сравнению со Славой, девушка выглядела как Дюймовочка.

Под мешковатой черной шелковой рубахой и свободными такими же темными брюками угадывалось очень худенькое, гибкое и юркое тело. Тонкую опоясанную широким кожаным ремнем талию Слава, наверное, смог бы охватить пальцами обеих рук. Темные волосы незнакомки были пострижены коротко, и, хоть и были уложены в какое-то подобие каре, но все равно своим легким хаосом напоминали скорее мальчишечью прическу. С узкого острого личика на Славу зло уставились два огромных глаза, густо и некрасиво подведенных черными тенями.

Девушка достаточно громко шепнула напарнику:

– Это он!

– Я сейчас полицию позову! – стараясь, чтобы прозвучало уверенно, сказал Слава и попятился к лестнице.

Девушка повернулась к мужчине и, приподняв бровь, выжидающе на него посмотрела, но тот только еле заметно улыбнулся уголками губ, демонстративно сложил руки на груди и остался на месте, якобы не замечая ее молчаливую просьбу сделать хоть что-нибудь.

Слава уже готов был броситься вниз по лестнице, но незнакомка нервным движением откинула за ухо болтающуюся у глаз прядь, а он невольно проследил глазами за ее тонкими пальцами.

Время чуть замедлилось, и в воздухе мгновенно разлилось трепетное ожидание чуда и пронзительное предчувствие неясного пока волшебства. Он замер. Теперь Слава не сбежал бы, даже если незнакомка направила на него оружие.

Это ушко нельзя было перепутать ни с чьим другим.