Лабрис

Моего возраста там всего три девочки. Раньше я с ними иногда еще гуляла, а теперь все. Мать меня к самой школе доводит и обратно встречает. Так что какая тут дружба, если общаешься только на переменках?

– Тебе мама не доверяет? Ты провинилась, что ли, чем?

– Нет. Как дети в городе стали пропадать, так она за меня боится. Встречает сразу после уроков. В город, говорит, одна ни ногой. Тут у нас вроде как безопасно еще.

– Что значит, дети пропадать стали? – насторожилась я.

– А вот так. Трое уже исчезло.

Правда, все мальчики. Когда первого не нашли, думали, что утонул в море. Дело в августе еще было, все купались. Что-то из его одежды на пляже нашли. Потом через две недели второй пропал, Марко, из моего класса. Ну а в начале этого месяца еще один, из класса постарше, домой из школы не вернулся. Тут уж все испугались. Детей теперь у школы встречают.

– А полиция?

– Ну что они… ищут. Объявления о пропаже детей расклеили. Смешно. Как будто в городе есть кто-то, кто не в курсе.

Да только у нас той полиции – пенсионер-начальник, заместитель, четыре постовых и одна собачка. Чего они найдут-то? Ну так как? Ты будешь со мной дружить? Не побоишься, что я внучка ведьмы?

Я внимательно посмотрела на Дару. Она очень серьезно смотрела мне в глаза.

– Привидение, которое боится, это что-то новое. Конечно буду.

– Здорово. Теперь ты не одна, – взяла меня за руку новая подруга.

– А я и так не совсем одна, – улыбнулась я. – Только мои друзья сюда зайти не могут.

– Это что? Другие призраки? – Дара с удивлением оглядела сарай.

– Нет. Дельфины. Плаваю с ними каждое утро. Они меня видят, как и ты. И разговаривают, а я почему-то их понимаю.

– С ума сойти! Ты говоришь на их языке? – Девочка выпучила глаза от удивления.

– Не так чтобы говорю… Мы скорее мысленно общаемся, но друг друга понимаем.

Дара почесала переносицу.

– Ты прямо как русалка! Слушай… я же что-то такое слышала! Про призраков, связанных с водой. Читала где-то.

Надо дома в книжке посмотреть. Пойдем со мной. Может, там подсказка будет, как помочь тебе вспомнить.

– Зачем? – грустно спросила я.

– Что зачем? – искренне удивилась она.

– Зачем вспоминать? Так только больнее будет. Может, меня лишили памяти из милосердия?

Дара опять задумалась, опустила подбородок на колени и поковыряла пальцем узор на полу.

– Нет. Тебе же дали лабиринт. Значит, ты что-то должна сделать. Не сидеть же тут вечность.