Пятеро смелых

Он лежал посередине кузова. По обе стороны от него расположились бойцы – по шесть человек у каждого борта. Следом по дороге, кажется, пылила еще одна машина. Или две.

Небо уже потемнело, но слева по ходу движения светились края облаков. Значит, ехали они на север.

«На север. – Тахир снова закрыл глаза и попытался представить себе карту Афганистана. – Наш караван и так находился на самом севере страны – у пограничной реки Пяндж! Неужели я в Таджикистане?!» От этой догадки у него в груди опять похолодело.

Картонная афганская власть не препятствовала производству наркоты и переправке ее на север.

Кукловодам из США это было даже выгодно. Они снимали с этого процесса самые жирные сливки и лишь регулировали трафик. В Таджикистане тоже все было схвачено. Князьки из Горно-Бадахшанской автономной области получали хороший навар с каждого каравана, а потому обеспечивали полную безопасность их проводникам и охранникам.

Проблемы начались сравнительно недавно, когда президент республики пригласил для охраны афганско-таджикской границы войска из России.

Похоже, русским изрядно надоела проблема с наркотиками, проникающими в их страну непрерывным потоком, и они рьяно взялись за дело. Собственно, с тех пор переправка через Пяндж и стала самым сложным этапом в движении караванов.

Одним словом, в цепкие лапы русских пограничников Умабор попадать не хотел. Это действительно могло бы закончиться для него очень плохо.

Минут через двадцать тряского пути машины проскочили под каким-то освещенным навесом, сбавили скорость, развернулись и встали.

Бойцы подхватили Тахира под руки и заставили спрыгнуть на землю. После этого он едва не упал. Ноги затекли и не слушались его. К тому же голова от удара по затылку все еще болела и плохо соображала.

Он распрямился и огляделся по сторонам. Два бронетранспортера и грузовой автомобиль стояли посреди небольшого двора, зажатого между длинными одноэтажными строениями. На столбах горели фонари, чуть дальше виднелся сплошной забор. Над ним торчали несколько наблюдательных вышек.

Из машины и бронетранспортеров выгружались усталые бойцы, в общей сложности около сорока человек. Руководил ими молодой поджарый офицер.

«Черт возьми, это же пограничная застава! – простонал про себя сириец. – Та самая, на которую я много раз смотрел в бинокль с южного берега Пянджа. Так оно и есть! Четыре деревянные вышки, посередине флагшток с российским флагом и высокий хлыст радиоантенны, удерживаемый растяжками».