Почти не преступление, но наказание

Неужели он сейчас заплачет? Неужели это действительно может произойти с ним, тридцатидвухлетним, уверенным в себе мужчиной? Когда подобное было в последний раз? Артём даже вспомнить не мог. Нет. Он этого не допустит. Она ни разу не видела его слёз и если теперь он даст слабину, Кристина всё поймёт.

Артём взял себя в руки, заставил улыбнуться и спросил:

– Что, потеряла меня?

– Даже немного испугалась, уж не бросил ли ты меня.

Кристина присела рядом на лавочку. Она уставилась на мужа гипнотизирующим, почти змеиным взглядом голубых глаз.

Артём сделал серьёзный вид. Как ни пытался себя заставить, он так и не смог больше улыбнуться или хотя бы выглядеть непринуждённо.

– Никогда и ни за что, родная, – сдавленно прохрипел он.

Артём смотрел в глаза Кристины. Её улыбка мигом сошла на нет, превратив лицо в некое подобие высеченного из камня изваяния. Именно в тот момент девушка всё поняла, причём ещё до того, как Артём рассказал об их совсем не радужных перспективах.

А после были долгие, казавшиеся вечностью, объяснения.

Горькие слёзы девушки, её истеричный плач, признания в любви Артёма. Его попытки успокоить жену, обещания в успехе лечения и ещё много всего, что по итогу оказалось совершенно бесполезным. Кристина не то чтобы не слушала, она не слышала.

Девушка плакала, Артём её обнимал, она рыдала, а он в это время изо всех сил старался не заплакать сам. Кристина, не отдавая отчёт собственным действиям, продолжала держаться за живот, словно чувствовала угрозу малышу.

Когда пришло время и Артём сказал про аборт, несчастная девушка истерично закричала, да так громко, что мужу пришлось прикрыть её рот рукой. На крик обернулись все, кто был в радиусе ста метров. Люди таращились на пару, пытаясь понять, что же такого случилось в молодой семье.

Ничего особенного, просто вокруг их семейной идиллии разило тошнотворным смрадом смерти.

По-прежнему прикрывая ладонью рот Кристины, в какой-то момент Артём понял, что она больше не кричит. Тогда он аккуратно убрал руку от её лица, обнял супругу и крепко сжимал в объятиях до тех пор, пока она окончательно не успокоилась.

Мимо шёл молодой парень, похожий на живого мертвеца из фильмов про зомби. Он с трудом передвигался, опираясь на костыли. Вдруг парнишка остановился и с сожалением посмотрел на молодых людей. Казалось, бедолага больше испытывал сострадание к Абрамовым, чем жалость к себе. Выдержав в таком положении несколько секунд, с тоской в глазах он двинулся дальше.