Почти не преступление, но наказание

После того как гроб вывезли на кладбище, погрузили в промёрзшую землю и засыпали, гости вернулись домой к Артёму. Приглашённые женщины помогли ему организовать поминальный стол, за что он был им очень благодарен. Чувство одиночества, пережитое в самолёте, усилилось стократно, когда он осознал очередную безвозвратную потерю в своей жизни.

Пожилые гости без устали травили байки. Часто они вовсе не касались мамы. Кто-то из присутствующих вспомнил отца, каким он был добрым и отзывчивым, всегда и всем помогал.

Да, это Артём тоже хорошо помнил.

Так же, как и его смерть.

Здоровье отца подкосилось совершенно внезапно. Нет, его жизнь не оборвалась в один миг, как было с мамой. Для Артёма отец всегда являлся воплощением силы, энергии и колоссального богатырского здоровья, оттого его кончина становилась ещё более немыслимой. Это случилось во дворе их старенького дома, за баней. Тем зимним субботним вечером папа традиционно растапливал её, чтобы как следует попариться после рабочей недели, выпустить, как он говаривал, пар.

Эта традиция тянулась с самого детства Артёма, сколько он себя помнил.

В тот день, как рассказывала мама, папа слишком долго не возвращался с рубки дров, и она решила проверить, всё ли в порядке.

В порядке ничего не было. Отец лежал возле большого пня, на котором колол замёрзшие поленья. Он хрипел, а рядом, припорошенный снегом, валялся топор. Мама растерялась и вместо скорой помощи позвонила Артёму. Тот отругал её и набрал номер скорой сам.

Он знал, что ехать они будут долго, но ничего не мог с этим поделать.

Медики доставили отца в больницу, где ему диагностировали обширный инсульт. Врачи сказали, что, скорее всего, он не доживёт до утра, но вместо этого папа продержался целых четыре месяца. Всё это время он почти не говорил, только невнятно мычал. Зачастую не узнавал ни Артёма, ни даже маму. В последний месяц, казалось, отец пошёл на поправку, и Артём уже думал, что всё наладится, папа выкарабкается и снова встанет на ноги.

Но спустя время где-то в его теле оторвался тромб, и отец скончался, оставив маму одну.

Когда поминки закончились, женщины помогли Артёму убраться, и он с трудом уговорил их разобрать еду по домам. Сославшись на возвращение в Германию, он заявил, что на девять и сорок дней поминок не будет. Женщины понимающе кивнули и на нанятой им «газели» уехали восвояси.

Артём остался совсем один. Без Кристины и Даши дом казался ему чужим, даже незнакомым.