Почти не преступление, но наказание

Девочка дослушала, а потом быстро уснула в объятиях папы. Вот уже несколько месяцев эти объятия были жизненной необходимостью для них обоих. Одному это позволяло окончательно не расклеиться, второй – не до конца осознавать скорую и безвозвратную потерю матери.

Переложив Дашу в детскую кроватку, Артём отправился в душ. Простояв под горячей водой минут пятнадцать, он так и не почувствовал себя чистым. Наверное, не смог смыть ощущение безысходности, которое словно мёд липло к телу и не хотело исчезать.

Тем не менее Артём выключил воду, надел шорты и, накинув футболку, отправился в рабочие апартаменты, как называл свой кабинет.

Достав из бара бутылку двенадцатилетнего «Чиваса», Артём налил полстакана и кинул туда лёд. Приглушив свет и поудобнее устроившись в кресле, он сделал большой глоток виски и вновь принялся размышлять о произошедшем сегодня. Слишком многое в его встрече с цыганкой казалось наигранным, ненастоящим, какой-то сценой из второсортного фильма про мистические предсказания и всякую прочую ерунду.

«Но ведь это было на самом деле, не так ли?»

«Так».

И этот взгляд, и эти слова, и знание цыганки про его Кр… Если она действительно хотела сказать то, о чём Артём думал, откуда всё это? Если вернувшейся в бардачок денежной купюре он мог найти объяснение, то никаким гипнозом и фокусами нельзя было объяснить сказанное старухой.

«Чёртова ведьма! И откуда она только взялась».

Стакан опустел. Артём налил ещё.

Выпил. Снова налил и вновь сделал большой глоток. Жгучая жидкость творила чудеса. Внутри стало тепло, тело расслабилось, а в голове если и сохранялся беспорядок, то стал уже не таким запутанным, как прежде.

Сам не заметив как, Артём опьянел. Постепенно мысли словно покрылись туманом, и все эти чудеса перестали казаться такими реальными.

Решив, что тишина стала неуместной, он включил компьютер и открыл один из любимых плейлистов. Лучшие песни золотого состава группы «Агата Кристи», как всегда, погрузили его в нечто вроде транса и заставили на время забыть о проблемах.

Никто из музыкантов не справлялся с этой задачей лучше, чем братья Самойловы. Полностью расслабившись, он откинулся на спинку кресла, сделал ещё один глоток виски, а потом под тихо игравший «Опиум для никого» окунулся в объятия Морфея…

Из состояния сна Артём вышел с трудом, долгое время не осознавая, где находится и как оказался в этом месте.