Сказки для 21-й комнаты. Фантастические рассказы

Впрочем, если бы они и произошли, бортовой компьютер разбудил бы меня пораньше. Хотя эта штука, конечно, называется не «бортовой компьютер», но я уже и забыл? как именно, да и без разницы – главное, что эта штука работает.

Оглядев все до одной лампы и панели, я убедился, что пока я спал мой «Хаммурапи» верно двигался сквозь парсеки космической пустоты по назначенному курсу. Настроенный мною будильник продолжал петь песни древней-предревней группы, а я принялся за зарядку. Через некоторое время, когда я даже немного вспотел, принялся отжиматься, и вдруг, оттолкнувшись в очередной раз от пола, я оттолкнулся так сильно, что взлетел и, опешивший, повис в воздухе, посреди корабля.

«Опять вырубилось притяжение!» – подумал я, и, словно ныряльщик, погрёб руками к центральному пульту.

– Ты мой драндулетик, ты мой маленький вредина…! – ласково обратился я к панели и, в частности, к самому кораблю и врезал, как смог в невесомости, по уже отбитой кулаком и поломанной части панели.

К сожалению, как-то, в нештатной ситуации, я в запале ударил по этой части основной панели запасной трубой, и с тех пор единственный способ взаимодействовать с ней – только удар кулаком. Просто под панелью находится пучок проводов, который из-за моей глупости теперь повреждён, и по-другому теперь по этим проводкам нужный сигнал никак не послать. После удара послышался странный звук, будто старый автомобиль заглох. Хотя я слышал подобное уже много раз, я всё равно испугался, что система выдаст какую-нибудь ошибку, или программа слетит, или вообще что-нибудь, действительно как в ржавой колымаге, заглохнет.

Но всё обошлось. Удар, принятый консолью управленья за нужную команду, сработал как надо: корабль чуть тряхнуло, и я упал на пол. Я поднялся, осмотрел все данные на приборах – корабль продолжал двигаться по курсу.

– Дурак, – пропыхтел я и побрёл умываться.

Дезинфекция, рентген, душ и старая добрая чистка зубов допотопной зубной щёткой, словно обезьянка – прутиком.

– Выключить будильник! – крикнул я с полным ртом зубной пасты, заметив, что будильник продолжает петь.

– Этот город самый лучший город на Земле, – напевая, я вышел из душевых кабин – их в корабле по десять мужских и десять женских, впрочем, я ими всеми пользовался один.

Закрыв душ, я, в чём мама родила, пошёл к гардеробу, а из запертого душа послышалось шипение дезинфекции.