Виртуальная терапия

Нельзя было подняться на второй этаж и оказаться в двадцать девятом кабинете, так чтобы не пройти мимо странного субъекта, который сидел уже молча и похоже трепетно и страстно, грустя от предстоящей и неминуемой разлуки, обнимал свою космическую девушку. Максим прошел мимо субъекта и оказался у двери двадцать девятого кабинета, как ни странно там не было очереди. Он постучал в дверь.

– Войдите, – услышал он в ответ.

– Здравствуйте! – заглянул парень в кабинет, приоткрыв дверь.

– О! Рад вас видеть! Лучше поздно чем никогда. Хотя, к нам никогда не поздно. Но и слишком рано в нашем деле, тоже не бывает, – сказал мужчина в белом халате увидев Максима, встал из-за стола и пошел ему навстречу.

Парень немного растерялся и заерзал в дверном проеме, теребя дверную ручку, попеременно то приоткрывая, то прикрывая дверь.

– Не беспокойтесь о двери, вообще, ни о чем не беспокойтесь и не нервничайте, – сказал доктор, доверительно кивнув головой, и заговорчески подмигнул Максиму, так будто бы их связывала какая-то тайна.

Доктор подошел к парню и протянул ему руку для приветствия. Максим, не отпуская дверной ручки, держа под мышкой тетрадь (карточку) протянул руку в ответ, все еще не решившись окончательно расстаться с дверью.

– Леоненко Андрей Сергеевич, – представился доктор, – да оставьте вы в покое эту дверь, уверяю вас – с ней все будет хорошо, она знаете ли очень стабильна и устойчива, большинству из нас о такой стабильности и устойчивости только мечтать.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – ответил Максим.

– Вот и славно. Проходите, – сказал доктор не сильно, но настойчиво втянув Максима в кабинет за руку, иначе тот бы еще долго расставался с дверью.

Андрей Сергеевич отпустил кисть Максима взял его под локоть и ровно сопроводил к мягкому дивану из кожзаменителя, располагавшемуся вдоль стены перпендикулярно столу доктора.

По мнению Андрея Сергеевича, так было проще общаться с пациентами с одной стороны доктор видел лицо и мимику пациента и мог считывать его состояния, ну насколько конечно мог, с другой стороны у пациента не было необходимости смотреть доктору прямо в глаза как на допросе, что делало пациента более общительным и открытым.