Супергероизм. Фигуры за свечой

Да и к тому же, они просто-напросто не знали, способны ли улавливать страх себе подобных. Да, Желвак, бывало, испытывал неимоверный ужас, когда встречался со слепком из людей, но ведь этот слепок его страхом не питался, как это происходит у всех этих сволочей, за которыми он охотится, и поэтому Коготовский не мог ничего уловить. Хотя, кто его знает, может и питался, люди-то ведь в нём могут оказаться разные, но в любом случае, проверить ни то, ни другое, у них возможности не было…

Желвак услышал скрип двери в подъезд и тут же понял, что в неё въехал Коготовский – звук того, как он мучился в этой своей коляске, преодолевая каждый метр мира за пределами квартиры, нельзя было спутать со звуками жизнедеятельности нормальных людей.

Желвак пулей бросился из квартиры, чувствуя, как мгновенно испаряется, словно твёрдое тело в эпицентре ядерного взрыва, его тревога. Какое же это приятное чувство. Секунду назад мир вокруг был будто заполнен ядовитым газом, от которого начинают дёргаться конечности, а голову бросает в жар: ждёшь ты с работы пьяного отца-изверга, или девчонка, сказала, что залетела от тебя, а в следующую секунду оказывается, что отца по дороге забрали в отделение, а девчонка просто проверяла твою реакцию, и вот, воздух мгновенно становится кристально-чистым, а тело только что по полу не расплывается в истоме облегчения.

У Желвака, наверное, было довольно глупое и не идущее ему выражение лица, отражающее его приятное возбуждение, так как Коготовский пристально в него всмотрелся, и Желвак сначала смутился, а затем поспешил нахмуриться и зло спросил:

– Куда понесло-то тебя?

– Я тоже рад тебя видеть, – ответил Коготвский, передавая пакет и разворачивая коляску, чтобы задом въехать на лестницу – лифта в доме не было.

– А я вот тебя не очень, – Желвак встал за его спиной, хоть Коготовский и не нуждался в помощи, всегда поднимался и спускался по лестницам сам, и даже требовал, чтобы ему не помогали. В принципе, это и не нужно было – своими руками он мог поднять себя на пятый этаж, не касаясь колёсами ступенек.

Желвак же просто не хотел встречаться с ним взглядом.

– Да? А мне показалось – наоборот, – в голосе Коготовского слышалась усмешка, и Желвак разозлился уже по-настоящему:

– Да пошёл ты в задницу!

– Ууу, – только протянул в ответ Коготовский.

Как только они оказались в квартире, Желвак принялся нарезать купленную Коготовским колбасу, даже не разобрав до конца пакеты. Коготовский поставил чайник.