Новый Орлеан. Страх сжигает душу

Раньше Катина различила в темноте взобравшегося по столбу на галерею гангстера. Сообразив, что его заметили, тот, еще не перехватив как следует короткий «узи», дал очередь… Одна из пуль прошила полу широко распахнувшегося на ветру катинского пиджака. Остальные, не причинив вреда на спецагенту, ни Алисе, просвистели вдоль галереи и впились в потолок и стену где-то в самом ее конце.

Повернувшись, Катин нажал пальцем правой руки на курок. Левой он крепко держался за толстую клинообразную рукоять.

Она была сделана из дерева и имела удобные углубления для пальцев. Спецагент подумал, что по современным меркам «чикагское пианино» слишком длинно и громоздко. «Узи», который упал вместе с отстреленной кистью гангстера на пол галереи был гораздо компактней и удобнее.

Катин подбежал к валявшемуся автомату и, с отвращением оторвав от него никак не разгибавшуюся кисть, поднял его с облицованного плиткой пола. Искалеченный гангстер лежал, истекая кровью, у его ног. Глаза его закатились.

Он был без сознания, но еще жив.

Засунув «узи» за пояс и держа «пишущую машинку» в одной руке, Катин бросился к Алисе. Та уже была в комнате и пыталась втащить за собой Андрея. Спецагент не был уверен, что парень до сих пор жив. Схватив его запястье, он убедился, что сердце раненого еще бьется.

Он хотел вызвать скорую, но тут только обнаружил, что автоматной очередью телефонный аппарат разбит на куски.

Алиса уже держала в руках мобильный телефон.

– Он истечет кровью! Надо перевязать! – в отчаянии воскликнула девушка.

 – Скорей! Иначе он умрет до приезда врача…

Она назвала оператору адрес…

В углу комнаты стояла большая дорожная сумка. Подскочив к ней, Алиса выхватила из нее белую блузку, разорвала ее. Катин уже снял с Андрея пиджак, расстегнул рубашку. Вместе, разорвав еще несколько ее маечек, лежавших в сумке, они кое-как перевязали его. Спецагент опасался, что все усилия напрасны. Андрей действительно мог не дожить до прибытия скорой.

На улице раздался хлопок выстрела и пуля, пролетев сквозь открытое окно, ударила в стену позади Катина и Алисы. Они повалились на пол возле раненого. Следом раздалось характерное рявкающее стаккато. Это был «томми-ган». Пули ударили в подоконник, в раму, ставни, изрешетили стену напротив окна.

Катин взялся за свое «чикагское пианино». Почему в этой банде было такое пристрастие к «антикварному» «поливальщику» можно было только гадать.