Тесей. Под мифическим глянцем

Глаза его блестели и ярче всяких слов говорили, что он помнил всё слово в слово. Дедал, улыбнувшись добавил:

– Не опускайся вниз, не приближайся к морю. Вода намочит перья, и ты можешь утонуть.

Икар кивал головой и, радостный, с нетерпением ждал момента, кода же они наконец взлетят в воздух. Дедал ещё раз внимательно осмотрев крылья сына, медленно пошёл к краю скалы. Солнце поднялось высоко, и воздух стал нагреваться. Оглянувшись, он увидел, что по тропе со стороны дворца показалась вереница людей. Это были стражники Миноса.

С копьями наперевес они быстрым шагом направлялись прямо к ним. Дорога была каждая минута. Взмахнув крыльями, Дедал взлетел. Икар, оттолкнувшись ногой о камень, взмыл в воздух вслед за отцом. Воины с громкими проклятьями подбежали к скале. Взобравшись на уступ, они один за другим бросили копья след улетевшим.

Одно, пролетев лишь в локте от крыла Икара, со свистом упало вниз, исчезнув среди бирюзовых волн. Дедал с ужасом осознал, что тяжёлое копьё могло пронзить мальчика насквозь.

Лишь чудо спасло сына от неминуемой гибели. А Икар даже не заметил, как смертоносное оружие просвистело в нескольких сантиметрах от него. Он был настолько поглощён ощущением полёта и способностью летать, что совершенно не замечал опасности. Мысль, что воздушная стихия так легко покорилась ему, просто пьянила и сводили его с ума. Решительно взмахнув крыльями, он смело рванул вперёд. Дедал с опаской поглядывая на опрометчивые действия сына, ничего не мог поделать. Подлетев ближе, он стал настойчиво кричать ему, чтоб он опуститься ниже. Но свежий ветер унёс его слова в сторону. Икар, не слыша предупреждения отца, уверенно набирал высоту. Он летел всё выше и выше. Расстояние между ними медленно, но неуклонно увеличивалось и, вскоре отрок совсем растворился в дымке прозрачных утренних облаков. Вглядываясь в небесную лазурь, Дедал еще надеялся увидеть знакомый силуэт, но мальчик словно растаял в небесной синеве.

Внизу раскинулся остров Делос. Недалеко от него виднелся другой – Палос.

Вдруг Дедал увидел как с высоты кружась, и извиваясь в немыслимом перуэте, полетели перья. Словно в воздушном вальсе, они медленно опускались вниз, наполняя сердце мастера тревогой. Ужасная догадка пронзила его сознание: «Икар погиб! Мой мальчик! Случилось то, чего я больше всего опасался. Как я мог допустить такую оплошность! Зачем, зачем я придумал эти проклятые крылья!» Перья, рассыпавшись в морской пучине, исчезли, навсегда похоронив память о его сыне.