Машина судьбы. Рассказы

– По-моему, стало проще, понятнее, – вторил ему Доу-Дорк. – С виду, кажется, и не поменялось ничего, хотя мы, может, просто не в состоянии определить что именно…

Капитан вернулся в тот момент, когда Итайв заходил в шлюз клипера. Он так и остановился на пороге, услышав звуки приближающейся экспедиции. Баграх прошёл мимо штурмана, не сказав ни слова, лицо его выглядело непривычно озадаченным. Итайв неуверенно направился за ним в рубку управления. Подойдя к панели планетарной навигации, капитан хмуро принялся рассматривать какие-то электронные документы.

Штурман встал у штур-блока, делая вид, будто тоже чем-то занят. Прошло немало времени, прежде чем Баграх обратил на него внимание.

– Что делаешь? – спросил он металлическим голосом.

– На самом деле, я не знаю, что мне делать, – ответил тот, криво улыбаясь.

– Доу-Дорк в сельве?

– Да.

Итайву показалось: что-то дрогнуло в этот момент в лице капитана. Скорее всего, просто показалось. Или же он впоследствии вспоминал этот миг так, с чем-то в этом лице дрогнувшем.

Хотел вспоминать так.

– Завтра я намерен организовать ещё одну экспедицию, – продолжил капитан тем же голосом.

– Но мы же собирались улетать завтра…

– Ты пойдёшь со мной, – перебил его капитан, как будто и не заметив сказанного штурманом.

Итайв посмотрел внимательно на него, но совершенно ничего не смог прочесть в его профиле. Но странное ощущение озабоченности капитана всё же не покидало его. Внезапно за их спинами возник Доу-Дорк, робкими старческими шагами войдя в каюту.

В руках он держал пышный пучок каких-то не то перьев, не то листьев, пестревших всеми красками бушующими за бортом.

– Вы завтра отправляетесь обратно, – начал он застенчиво улыбаясь, – Можно, я оставлю вам в память это. Это опавшие цветы, они не причинят вреда, не прорастут никуда, и… вам не придётся за ними бегать по кораблю… – он зачем-то неловко погладил букет свободной рукой.

И в этот момент в лице Баграха действительно что-то пронзительно поменялось, словно лопнула какая-то нить – одна из тех, которыми поддерживалась вся эта дикая суровость его лица.

Итайв вновь отвернулся к носовому иллюминатору судна, сморщившись от вроде бы ничем не обоснованного чувства вины, смешанного с липким предчувствием чего-то нехорошего. Ему резко захотелось выйти из рубки, но он побоялся, что может обидеть тем самым Доу-Дорка.

– Доу, – услышал он мягкий голос Баграха, – Мы не улетаем завтра.