ЗЕМЛЯ – ЭТО ОТСТОЙ! Ложь. Должна быть гигантской

– Поздравляю, сынок! – Мама вышла из кухни и, сев рядом на диван, обняла меня и поцеловала. – Как вам повезло! Правительство обещало межгалактическое путешествие. Ты же знаешь, я всегда мечтала облететь нашу галактику. А тебе повезло! Я очень рада за тебя сынок, – у нее на глаза навернулись слезы. Ее руки были испачканы в муке. Она достала из маленького карманчика на фартуке салфетку и вытерла слезы.

– Не надо, мам! Хочешь, лети вместо меня? По правде сказать, я не очень-то хочу лететь в это путешествие.

– Что ты! – всплеснула руками мать. – И не думай даже! Это такой шанс. Тебя увидит вся галактика. Возможно, и отец. Он будет очень рад! Тебе это нужно для карьеры. Это войдет в твою карьерную историю! Ты же знаешь, как тяжело найти работу в наше время.

– Опять работа! Мне еще учиться и учиться.

– Время пролетит быстро.

– А как же отец? – вдруг вспомнил я.

– Что отец?

– Я же обещал ему на каникулах прилететь на станцию.

– Ты и прилетишь. Наверняка вас повезут на нее. Он там встретит тебя.

Покажет вашему классу станцию, на которой работает… – Мама не успела закончить свою мысль. Появились голограммы бабушки и дедушки.

– Продолжить сообщения? – вежливо напомнила о себе ведущая новостей.

– Нет, – ответил я.

– Приятного дня, – сказала диктор и, разлетевшись на миллионы разноцветных точек, исчезла.

– Привет, внучек. Поздравляем тебя с победой.

– Привет, ба, привет, дед, – вяло ответил я.

– Ты что такой унылый? Как старый скафандр. Сделай пару-тройку упражнений.

Лучше с отягощениями. Разгони молодую кровь, – посоветовал дед.

– Ты не заболел, внучек?

– Нет, – ответил я, а про себя подумал: «Опять приперлись со своими советами».

– У мальчика переходный период, – дернув деда за рукав, шепнула ему бабушка.

– Внучек, мы с бабушкой решили сделать тебе сюрприз. Ведь победа в Олимпиаде не каждый день бывает. И выслали тебе подарок.

– Надеюсь, не сушеную лягушку? – у деда был «бзик» на земноводных и огромная коллекция этих тварей.

Как-то раз я видел ее во всей красе. Меня стошнило прямо на гордость коллекции. Правда, я тогда был еще совсем маленький. Но дед все правильно понял и с тех пор больше мне ее не показывал. Его сын, мой отец, может часами рассматривать эту коллекцию, рассматривать эти сушенки в микроскоп, восхищаться их окраской. А мне они нужна, как дураку астрономия.

– Что ты сказал, внучек? – переспросил дед. Мама, стоявшая рядом, больно толкнула меня локтем.