Дракон не спит никогда

– И ты помешаешь мне, если я попытаюсь?

– Разумеется. Но тебе не нужно этого делать. Твой отец не бессмертен.

– Что ты будешь делать, когда он умрет?

– Продолжать работу. Во вторую очередь я предан Дому.

– Это останется правдой, если мой отец умрет не естественным путем?

– Если человек умер, значит он умер. Я буду защищать его самого, а не его призрак. Я не мститель, я стратег и тактик.

Его губы растянулись в чем-то похожем на улыбку.

– Понимаю. Может быть, ты и прав. Может быть, я должна обуздать свое нетерпение.

У меня и так уже есть все, кроме окончательной власти, верно?

– В самом деле, твой отец потакает любым твоим прихотям. И порой жалеет об этом.

– А меня ты будешь поддерживать так же искренне, Лупо? – спросил Блаженный.

Валерена бросила на него ядовитый взгляд.

– Разумеется.

– На этом все, Лупо, – отрезала Валерена. – Я просто хотела еще раз убедиться в том, что и так знала.

Провик ответил легким поклоном и повторил:

– Будь терпеливой, Валерена. Это самый надежный путь.

Когда он ушел, Валерена обернулась к Блаженному:

– Держи впредь свой сарказм при себе.

– Хорошо, мама. И что дальше? Не могу представить, чтобы ты приняла совет просто потому, что он хороший.

Валерена обожгла его взглядом.

– Вопреки общей – и твоей тоже – уверенности, есть тропинки, ведущие к моему отцу в обход Лупо Провика.

Блаженный усмехнулся, глядя ей вслед, когда она удалилась с гордо выпрямленной спиной.

16

Первые беженцы добрались до развалин вскоре после начала восстания.

Иммуны приняли их, хотя это и означало дополнительный расход припасов. Однако после возвращения в бункер, вызванного яростной вспышкой в небе, Тортил объявил:

– Больше никаких беженцев.

– Почему? – спросила Леди Полночь, готовая пожалеть даже гадюку.

– Потому что иначе нас захлестнет толпа. И среди них могут оказаться люди из Содружества. Нам ни к чему, чтобы они были здесь, когда появятся солдаты со сторожевика. Нас могут заподозрить в соучастии.

Солдаты откроют огонь при малейшем сомнении. Мы забрались сюда для того, чтобы выжить.

Полночь не хотела кого-то прогонять.

– Это те самые люди, которые так пугали тебя! Янтарная Душа, пойдем со мной.

Когда появились беглецы, Янтарная Душа прогнала их. Но еще до их прихода небо разверзлось, и на Мерод-Шен дождем посыпались искры.

Не считая луны, ярче всего в ночном небе светилась станция, висевшая на стационарной орбите над экватором к югу от Мерод-Шена.