Хроники Черного Отряда: Портал Теней

В это время года здесь случаются бури?

– Примерно раз в пять лет. Да еще какие!

– Надвигается сильная буря, – повторил Гоблин. – Костоправ, у меня нарыв. Ты бы взглянул, а?

– Прямо здесь? – Я пил пиво с жареной курицей и старался поаккуратнее брать карты жирными пальцами.

– Приду завтра в приемные часы. Ты, главное, сам не забудь появиться.

Эльмо с Маслом нашли эту хохму смешной.

– Да я вкалываю больше всех в Отряде.

– Не знаю насчет «больше всех», но в число самых усердных шестисот пятидесяти человек ты входишь, – поддел меня Эльмо.

 – А теперь кончай жрать и ныть, играй по-человечески.

Но карточные богини по-прежнему не благоволили мне.

– Гоблин, сядешь вместо меня?

Колдун пробурчал что-то неразборчивое. Вид у него был смурной. Неужели нарыв так сильно болит?

Или у него что-то похуже?

Гоблин стар как сам мир. Кто знает, какая гадость могла к нему прицепиться.

– Тебе плохо? – спросил я.

– Нормально. Но с севера буря надвигается.

Масло перебил нас:

– Костоправ, бери карты. Надо снять с тебя шкуру, пока ты теплый.

После завтрака я открыл лазарет. Воздух был тяжелым, влажным и спертым. Один из тех дней, когда у всех плохое самочувствие, дурное настроение и никакого желания работать. Вскоре с севера подул резкий холодный ветер.

На осмотр пришли трое. Ни одного симулянта. Двое – с очагами фиолетового грибка на ногах. Каждый день он у кого-нибудь появляется. Откуда берется – никто не знает.

Солдаты говорят, что перед возникновением пятен у них кружилась голова. Борная мазь с солью избавляет от грибка за три втирания.

Эта напасть постигла не только Отряд. Для местных врачей грибок тоже стал сюрпризом. Однако он не был опасен, и повторных заражений не случалось.

Гоблин появился, когда я уже устал его ждать. Он был явно не в своей тарелке. Непривычно для него. Я осматривал и лечил его уже много лет. Ему нечего было стесняться.

– Что-то ты на себя не похож.

– Не знаю… Думаю, со мной что-то сделали.

– Ты говорил про нарыв?

Гоблин начал что-то бурчать о себе в третьем лице на два голоса. Я перебил его:

– Кончай придуриваться, коротышка. Раздевайся.

Он заткнулся. Разделся. Его бледную одутловатую тушку едва ли можно было назвать магнитом для девушек.

Нарыв был на пузе, справа от пупка. Диаметром полтора дюйма, округлый, гнойный и вонючий, но без признаков гангрены.