Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Хирургия будет куда более тонкой, чем та, в которой нуждается жертва семейных обстоятельств вроде мисс Альгарды. Тинни довольна жизнью, которую вела. И я не смогу дать никаких гарантий».

– Вы говорите с ним обо мне? – спросила Тинни.

– Да.

Я притянул ее к себе. По обыкновению, чувствовалось, что она в моих объятиях как дома – что она создана для них.

Она заплакала. Я заплакал.

– Мы сможем с этим справиться, – сказал я. – Если ты позволишь, чтобы мы с этим справились. Если разрешишь Старым Костям сделать небольшие поправки… Я дам ему согласие поработать надо мной.

Я ляпнул это не подумав и почти внаглую солгал. Любые усовершенствования, в которых нуждался мой мозг, уже были проведены, без упоминания о переделках. Возможно.

Жутковатая мысль.

Никто не хочет услышать, что нуждается в исправлении. Даже когда люди сами это сознают. Первая и естественная реакция Тинни была категорически отказаться. Я продолжал крепко сжимать ее в объятиях. И ничего не говорил.

Слова не помогли бы. Все было сказано.

Изменения в нас приведут и к изменениям в наших беседах.

Я подумал, что это шанс и что мы смогли бы найти путь.

Дядя Освальд открыл дверь и проверил, как у нас дела. В руке он сжимал кружку. Румянец на его щеках свидетельствовал, что дядя изо всех сил налегал на выпивку, наслаждаясь моим гостеприимством.

Не увидев разбросанных вокруг внутренностей, он крякнул и снова закрыл дверь.

Клинч продолжался. Тинни медленно расслабилась, отдавшись тому, в чем нуждалась.

Мы должны были поддерживать отношения. Ей предстояло сразиться с одержимостью, которая сделает невозможным продолжение этих отношений.

Я, без сомнения, был сбит с толку. У меня была Тинни, знакомая и самая уютная, хотя всегда полная эмоций и драм. А на заднем плане была Страфа со своей удивительно могучей привлекательностью – не такой, какая обычно бывает у любого существа женского пола между семью и семьюдесятью годами. К ней меня тоже тянуло, без вопросов.

Но дело было не только в этом, но и в интеллектуальной интриге, и в уверенности, что Страфа Альгарда будет разыгрывать куда меньше драм.

Ты грязная тварь, искушение!

Я ощутил веселье невидимого наблюдателя.

Классическая дилемма.

В данный момент Тинни лидировала на фурлонг[3 - Фурлонг – единица измерения расстояния, равная 201,16 м.]. Едва расслабившись и прислонившись ко мне, она стала удобной, как разношенная обувь.