Седая оловянная печаль. Зловещие латунные тени. Ночи кровавого железа

Она швырнула в раковину несколько кастрюлек, подняв фонтан брызг.

– Я едва успеваю приготовить жратву к следующей кормежке. А эти свиньи… ты думаешь, они замечают разницу? Да подай я кашу из опилок, стрескают – и вся недолга.

Может быть. Но мне уже давно готовил старина Дин, и я был способен отличить хорошую готовку от плохой.

– Скольких вы кормите?

– Восемнадцать. Проклятая орава. Но тебе-то что до моих забот, мистер Девятнадцать? Боишься оказаться последней каплей, той соломинкой, что свалила верблюда?

– Так много? Это место похоже на замок с привидениями.

Я видел генерала, Деллвуда, вас, старичка-истопника в генеральском кабинете…

– Кид.

– И двух женщин. Где остальные? На маневрах?

– Умничаешь? Где ты видел двух женщин? Неужели гаденыш Хэркорт опять протащил сюда свою шлюшку? Черт возьми. Надеюсь, так оно и есть. Ей-богу, надеюсь. Старик отправит его на черные работы по крайней мере на год. Пора вычистить эту выгребную яму. А что, кстати, здесь делаешь ты? Новеньких у нас не появлялось уже года два.

И порядочных гостей не было полтора года, только воображалы с Холма – носы задерут, словно они и срут не как простые люди.

Ух!

– По правде сказать, мисс… – (Она проигнорировала намек.) – По правде сказать, я еще не определился. Генерал послал за мной, сказал, что хотел бы меня нанять. Но он не успел: начался приступ…

Она сразу как-то обмякла. От ее нелюбезности не осталось и следа.

– Серьезный приступ? Наверное, мне лучше пойти посмотреть.

– Деллвуд позаботился о старике.

Сказал, что ему просто нужно отдохнуть. Он перевозбудился. Вы начали о Хэркорте. Он имеет обыкновение приводить в дом своих подружек?

– Нет. Последние два года нет. Какого черта ты спрашиваешь? Не твое собачье дело, чем мы занимаемся и с кем. – Она вдруг застыла как вкопанная, потом отошла от мойки, обернулась и одарила меня весьма недружелюбным взглядом. – Или это-то и есть твое дело?

Я постарался увильнуть от ответа, вручив ей пустую тарелку:

– Нельзя ли еще чуть-чуть? В животе как раз осталось немножко свободного места.

– Так вот чем ты занимаешься! У старика новая фантазия. Думает, что кто-то хочет с ним разделаться. Или ограбить. – Она покачала головой. – Ты зря тратишь время. А может, и нет. Какая разница, за что получать денежку? Черт возьми. Наверное, для тебя даже лучше, если ничего найти не удастся. Ты и сам ограбишь его не хуже всякого другого. Пока блажь у старика не пройдет, можно доить его, сколько душе угодно.