Хроники Империи Ужаса. Крепость во тьме

Убийца уже здесь или нет? Если нет, то как он сюда проникнет? И так далее.

– Вы, люди Запада, предпочитаете кружные пути. Мы намного прямее.

– Я заметил. Но Насеф и Эль-Мюрид действуют на ином уровне. Их поведение выдает тщательный расчет. Они захватили Себиль-эль-Селиб, зная о вашей силе и вероятном ответе.

– В смысле?

– В смысле – они уверены, что смогут его удержать. Зачем захватывать то, что не сможешь сохранить? По крайней мере, на данном этапе.

– Ты слишком их переоцениваешь.

– Это ты их недооцениваешь.

Несмотря на все то, что говорил мне в Аль-Ремише, ты на самом деле вовсе не уверен, что эти люди – не более чем бандиты во главе с сумасшедшим. Помнишь свои слова? О том, что Эль-Мюрид продает фальшивое лекарство всем, кто хочет его купить? Я подумал над этим, и мне кажется, это еще в большей степени правда, чем сознаешь ты сам.

– И что ты мне предлагаешь?

– Возможностей достаточно. – Радетик предложил несколько вариантов, но Юсиф отверг их все как непрактичные или неосуществимые.

 – Тогда действуй прямо. Убей Эль-Мюрида. Люди поднимут вой, но достаточно скоро обо всем забудут. А Насеф не выживет без него. Не сейчас.

– У меня есть такие планы – на случай, если у Фуада ничего не выйдет. Так что ничего нового ты мне не сказал.

– Я знаю, что не придаю значения финансовым и политическим проблемам. Ты спрашивал о возможных вариантах, и я их тебе изложил. Проклятье, есть даже небольшая вероятность, что, если мы не станем обращать на них внимания, они попросту вымрут от безразличия к их персонам.

– Мегелин, мое выздоровление не столь неожиданно, как может показаться. Я лежал два дня, страдая скорее душой, нежели телом. Я все продумал. И единственный возможный вариант – сражаться и надеяться, что нам повезет. Если не повезет – тогда попытаемся сдерживать их любой ценой.

– Печально такое слышать. Мы убеждаем себя заранее признать поражение.

– Тогда не будем больше об этом. Мегелин?

– Да?

– Ты можешь сделать кое-что, чтобы моя жизнь стала светлее.

– Да, валиг?

– Оставайся, когда истечет твой контракт. Прежде чем все закончится, мне может крайне потребоваться взгляд со стороны.

Радетика удивили его слова – впервые за все время Юсиф отнесся к нему с уважением.

– Я подумаю, валиг. А сейчас я лучше пойду. Я оставил Али за главного в классе.

– Да уж, лучше иди, – усмехнулся Юсиф.

– Я занимаюсь политической историей, Гарун, – объяснил Мегелин. – Именно потому и намерен остаться.