Возвращение Черного Отряда. Суровые времена. Тьма

Обычно жизнь наемника тяжела и коротка; боль, страх и лишения крайне редко перемежаются случайными и мимолетными радостями. Свихнуться можно от такой жизни, и спасает только нерушимое товарищество. Это если ты в Черном Отряде.

Что же до шаек помельче… Впрочем, какое мне дело до них? Я – в Черном Отряде.

Мы с Костоправом положили уйму сил на поддержание нашего братства. Пожалуй, уже пора возродить обычай Старика – читать Анналы вслух, чтобы люди помнили: они – сообщество, что долговечнее многих королевств.

– Хрипатый, разрешаю вздремнуть пару часов.

Он отрицательно покачал головой. Этот доходяга трудится, пока в нем есть хоть капля сил.

– Лейтенант наров… Синдав… передает привет… и советует… ночью… быть начеку.

– Зачем, не говорил?

– Он вроде как… намекал… что Могаба… может… как стемнеет… решиться на… большое дело.

Могаба всегда замышляет большое дело. Вот бы Тенекрут позволил ему наконец это дело провернуть. Одна-единственная вылазка большими силами в неудачный момент – и Могаба наконец поймет, почему Тенекрута называют Хозяином Теней.

Хрипатый что-то сказал на своем родном языке, понятном Одноглазому. По тону похоже на вопрос. Одноглазый в ответ издал несколько щелкающих звуков. Я предположил, что дедуган поинтересовался, можно ли открыто говорить при нюень бао, и получил утвердительный ответ.

– Синдав… – заговорил Хрипатый, – велел передать вам, ребята… что слухи о… большой битве… наверное… правдивы.

– Парни, мы перед Синдавом в долгу, – сказал я. – Сдается мне, он дает понять, что больше не поддерживает Могабу безоговорочно.

Тай Дэй с дядюшкой Доем впитывали нашу беседу, точно губки.

С каждым часом напряжение нарастало. Без всяких видимых причин у нас возникло чувство, что эта ночь станет переломной. Ребята в основном беспокоились из-за Могабы – не будет ли от него новых подлостей? От Тенекрута мы не ждали неприятностей в ближайшее время.

Я не спускал глаз с холмов.

– Вот оно! – рявкнул вдруг Одноглазый.

Его обуревали те же предчувствия, что и меня.

Среди холмов вспыхнуло розовое зарево, и молнии с треском ударили в землю вокруг дивного всадника.

– Снова она, – сказал кто-то. – А где же другой?

Вдоводела в розовых сполохах видно не было.

Равнину охватила паника. Призрак застал разбросанные по ней отряды тенеземцев врасплох. Заорали, отдавая приказы, сержанты, во все стороны понеслись гонцы. Солдаты метались, сталкиваясь друг с другом.

– Вон он! – завопил Бадья.