Возвращение Черного Отряда. Суровые времена. Тьма

И ты, старый пес, должен выучиться нескольким новым фокусам.

– Пугаешь?

– Нет. Это важно. Слушай внимательно. Мне уже не до возни с Копченым, и Одноглазому тоже – он по уши занят в арсенале. А больше я в таких делах никому не верю. Кроме тебя.

– Не понимаю. Помедленнее нельзя ли?

– Слушай. Слушай и на ус мотай, а язык держи за зубами. Времени у нас мало. Радиша может в любой момент спохватиться, и тогда она вернется, чтобы пытать пленника. Она это дело любит. – Капитан обратился к Одноглазому: – Напомни мне: надо выяснить, нельзя ли перевести сюда Корди Мэзера.

– Он вскоре вернется в город. Если еще не вернулся.

– И это начальник моей разведки, – посетовал Костоправ, указывая на Одноглазого и укоризненно качая головой. – На один глаз слеп, а другим не видит.

Я взглянул на укрытого ветошью врага. Тот уже похрапывал. Хороший солдат никогда не упустит возможности отдохнуть.

34

Прошло несколько часов. Костоправ ушел, затем вернулся.

– Видишь, Мурген, как просто? Ты когда-нибудь видел такой эффектный фокус – и такой простой?

– Ни разу в жизни, – согласился я. – Как с бревна упасть. Или провалиться в бездонную яму, в чем я уже поднаторел, пусть и не по своей воле. – Хотя на словах все куда проще, чем на деле. Я заранее знал, что и это дело не составит исключения. – Теперь я, по крайней мере, понимаю, почему ты стал таким чертовски загадочным, как узнал эти совершенно невероятные вещи.

Костоправ рассмеялся.

– Давай, попробуй теперь сам.

Я вперил в Старика взгляд, который он предпочел расценить как недоуменно-вопросительный. Да ничего особенного. Все равно что с бревна упасть. Может, и так. Только вот из Одноглазого наставник аховый.

– Делай, как Одноглазый показывал. Реши, что ты хочешь увидеть. Скажи Копченому. И будь предельно аккуратен. Здесь нужна точность. Точность – это все. Двусмысленность смертельно опасна.

– Так об этом, Капитан, я во всех сказках про магию слышал. Допустил двусмысленность – и ты по уши в дерьме.

– То-то и оно. – Кажется, я коснулся душевной раны. Он вдруг о чем-то задумался. – Приступай.

Но мне не хотелось.

– Слишком уж похоже на мои полеты через бесконечную кроличью нору в Дежагор. Может быть, все это Копченый как-то со мной проделывает?

Костоправ покачал головой:

– Никоим образом. Это совершенно разные вещи. Давай.