Жар сумрачной стали. Злобные чугунные небеса

 – Аликс обиженно надула губки: только она разохотилась, а я снова куда-то ускользаю. – Минуту назад была здесь.

Ладно, найдется. Ее отсутствие мне даже на пользу – под ногами путаться не будет. Что ж, вперед, Гаррет! Вперед, пока тебе на голову не свалились настоящие неприятности.

33

По парадной лестнице я поднялся на второй этаж. Постоял у двери в кабинет Вейдера, потом направился к черной лестнице: нетрудно предположить, что плохиши в открытую по дому шастать не станут.

Тишина… Ни единого звука, только доносится снизу музыка.

Вот и черная лестница. Я осторожно двинулся вверх. Скорость, с какой подозреваемые прямо-таки растворились в воздухе, наводила на мысль, что они отлично ориентируются в доме. Вывод напрашивался сам собой: у них был лазутчик среди вейдеровской прислуги. Не сказать, чтоб этот вывод меня грел…

Оружия у меня при себе не было, если не считать мозгов, а значит, плохишам не составит особого труда обезоружить меня.

К тому же теперь они знают, чего от Гаррета можно ожидать.

Кто-то кого-то одурачил. Очень не хотелось, чтоб этим одураченным оказался ваш покорный слуга.

Честно говоря, я ожидал засаду на третьем этаже. Но мои ожидания не оправдались. Снова никого. Правда, я не стал заглядывать в одну из комнат, но там делать было точно нечего. В этой комнате медленно угасала Ханна… В известной степени они с Покойником схожи, но Покойник проугасает еще невесть сколько, а вот она…

Воздух разорвал истошный вопль.

Бедняга Том опять за свое… Впрочем, этот вопль звучал немного иначе, нежели предыдущие. Неужто демоны в его сознании обрели плоть и кровь?

Без привычной дубинки я чувствовал себя совершенно беспомощным, как если б оказался нагишом на людной улице. Жаль, что дубинка никак не подходила к костюму, в который меня обрядили стараниями Макса. Эх, надо было прихватить с собой трость; она бы и к наряду подошла, и для дела пригодилась.

А еще лучше – трость-шпагу, как у Морли Дотса…

Я огляделся. В пределах досягаемости ничего полезного не обнаружилось. Выше второго этажа обстановка в доме Вейдеров оскудевала на глазах. Нет чтобы какая-нибудь булава нашлась или старый заслуженный цеп… Манвил говорил, что все оружие со стен поснимали – так, на всякий случай – и свалили грудой в кабинете Макса.

Еще один вопль. В нем явственно слышалась не душевная – физическая боль.