Теневая Черта. Звездные ловцы. Звездный Рубеж

В ответ Шторм захватил в плен саму Хельгу, а потом вернул в собственную крепость столь истерзанной, что она сумела выжить, лишь киборгизировавшись с помощью своих машин. Навсегда обреченная на механическую полужизнь, она размышляла и строила планы, ожидая дня, когда ей наконец удастся посчитаться с ним за жестокость.

Сет-Беспредельный тоже не раз давал повод для обид. Казалось, он одновременно повсюду и нигде. Он открыто возникал в местах вроде Лунного командования, а затем исчезал, прежде чем успевали появиться самые быстрые охотники.

В половине случаев цель его заключалась в том, чтобы показать нос Штормам. Как и отец, он был крайне скользкой личностью, и у него всегда имелось наготове несколько интриг. Как и Майкл, он ничего не делал просто так.

Будет весьма неплохо, подумал Шторм, если Кассий застигнет Сета-Беспредельного врасплох на Горе.

24. Годы 2854–3031

Счастливые мгновения в жизни Майкла Ди были подобны крошечным островкам, разбросанным в бескрайнем море. Жизнь его текла быстро, а голова была столь забита всевозможными замыслами, что, когда находилось время оглядеться вокруг, он будто оказывался в чужой вселенной.

Он всегда держался несколько поодаль. Самым первым его воспоминанием была ссора с Гнеем из-за того, что он не такой, как все.

Гней в конце концов принял его таким, как он есть. В отношении себя самого Гнею повезло меньше.

В каком-то смысле Майкл Ди недолюбливал Майкла Ди. С ним было что-то не так.

То, что он не такой, как все, впервые стало ясно по отношению к нему матери, которая слишком его оберегала и слишком за него боялась.

Борис Шторм – человек, которого Майкл считал отцом, – редко бывал дома. Борис был слишком занят работой, и у него почти не оставалось времени, чтобы побыть с семьей. У Майкла так и не возникло привязанности к родне отца.

Эмили Шторм ни на шаг не отходила от первенца, то наказывая его, то защищая, пока Майкл не уверился, что в нем сидит некое до безумия пугающее ее зло.

Что за тьма таилась в его душе? Он часами мучился над этим вопросом, но не находил ответа.

Другие дети это чувствовали и сторонились его. Майкл изучал людей, пытаясь найти в них собственное отражение. Он научился манипулировать другими, но настоящий секрет ему не давался.

Лишь Гней принимал его как должное. Бедный упрямец Гней, который скорее даст себя поколотить, чем признает, что у него странный братец.

Детство Майкла осложнялось слабым здоровьем. Борис тратил целое состояние на врачей.