Убийство на улице Фельмана

Яд действительно оказался в стакане, иначе, впрочем, и быть не могло, поскольку вино пили все или почти все, но тем не менее других пострадавших нет. Подсыпали отраву в течение примерно десяти минут, предшествовавших убийству. То есть с того момента, как отпив несколько глотков, госпожа Туксам поставила стакан на стол и стала вынимать из сумки бумаги, которые предстояло на собрании рассмотреть, она ведь была членом правления, и до той минуты, когда по предложению председателя товарищества выпили за… не знаю уж, как он сформулировал свой тост.

В промежутке она к стакану не прикасалась, так, во всяком случае, утверждают две дамы, обсуждавшие с ней одну из тем, которой должны были в тот вечер коснуться. Так что убийца подобрался к стакану именно в эти десять-двенадцать минут.

– И никто ничего не видел? – удивилась Диана. – Столько народу…

– Так оно и бывает, – вздохнул Андрес. – Ты ведь тоже там сидела. В двух метрах. Но…

– Я смотрела в другую сторону, – возразила Диана.

Наблюдала за фифой, могла б добавить она, поскольку вспомнила, что рассматривала фифину шевелюру, выкрашенную, по ее наблюдениям, совсем недавно, может, даже накануне собрания, в модный ныне медно-красный цвет, и думала, что почти никому этот оттенок не идет, фифа исключением не была… Не идет, и все-таки половина женщина в этот тон выкрасилась, почему, они и сами того не знают…

– А Калев?

– Я был занят разговором, – сказал тот.

– Ну вот. И все остальные отвечают в таком же духе. Если кто-то и видел что-либо, то не придал этому значения или же…

– Или же, – немедленно встряла Диана, – надумал шантажировать убийцу.

– Перестань нести чушь, – сказал Калев, – не то я выкину из дому всех твоих Агаток, Стаутов, Гарднеров и прочее разлагающее мозги чтиво.

– В наше время и это не исключено, – возразил Андрес. – Я имею в виду шантаж. Если есть бедняки и богачи, становится актуальной и тема, так сказать, перераспределения доходов. Любым путем. Но я все-таки не думаю, чтобы среди здешних бедняков объявился шантажист.

У нас нет традиции.

– Ну хорошо, – сказал Калев утомленно. – Что дальше?

– Дальше, – ответствовал Андрес невозмутимо, – поговорим о мотиве. Вам известно, конечно, что Ану Туксам была собственницей не только своей квартиры, но и двух других?

– Известно, – сказала Диана неприязненно.

– А как она этого добилась, знаете?

– Приблизительно.

– Она была на редкость ловкой бабой, – буркнул Калев.