Смерть в твоих глазах

Завтра вечером я буду у тебя, и ты узнаешь все, слово офицера.

– Слово офицера? А оно еще хоть что-нибудь стоит, капитан?

Лариса оскорбила Дмитрия, сильно оскорбила, но тогда она почти не владела собой. Дима не ответил, выключив телефон. Майор предложил дамам переночевать в гостинице. Алла была не против, но Лариса отказалась, и они на такси отправились обратно в Москву.

Бестужева отложила в сторону альбом, закрыла глаза. Затем резко встала, достала из сумки бутылку вина, с трудом открыла ее, сделала несколько глотков прямо из горлышка и опустилась в кресло.

Веселов не обманул. В восемь вечера четверга, 9-го числа, в ее квартире раздался звонок. Не глядя в глазок, она открыла дверь. Напротив стоял капитан Веселов.

– Пришел? Проходи!

Лариса встретила его холодно, да и как иначе, если тогда она готова была винить в трагедии семьи всех на свете, и в первую очередь друга мужа, который находился рядом, когда случилось несчастье.

– Здравствуй, Лариса!

– Давай без этого, Веселов. Проходи на кухню, разговор нам предстоит долгий.

– Ты права, долгий и непростой!

Дмитрий прошел за ней на кухню и присел на стул напротив нее.

– Ну, капитан? Рассказывай, как это пропал без вести мой муж, твой подчиненный и, если не изменяет память, лучший друг?

– Тебе следует успокоиться, Лариса. Мне кажется, сейчас ты не в состоянии адекватно реагировать на мои слова, что бы я ни говорил, ты просто не поверишь.

– А я не могу успокоиться, понимаешь? – закричала Лариса. – Не могу! Ни снотворное не берет, ни вино. У меня отняли самое дорогое. Я жить не хочу, понимаешь, Дима? А ты – успокойся! Рада бы, не получается. Все трясется внутри. Может, ты чем поможешь? Сереже не помог, так мне поможешь?

Веселов достал пачку сигарет и, спросив у нее разрешения, прикурил. Лариса поднялась за пепельницей, и в это время раздался звонок в дверь.

– А это еще кого принесло? – взглянула она на капитана.

– О чем ты, Лариса?

– О чем? Тебе нечего мне сказать, но от встречи отказаться ты не мог и, идя сюда, предупредил кого-нибудь из своих товарищей, чтобы минут через двадцать зашел и передал, якобы тебя срочно вызывают в штаб.

Бросив окурок в раковину, Веселов резко встал:

– Так! С меня довольно, либо ты прекращаешь истерику, либо я действительно ухожу.