Смерть журналиста

Наверху… вот здесь… – он начертил в верхней трети чистого листа бумаги несколько букв, – записано: день рождения Тойво, не забыть, 19.00. На нижней половине имя: Хендрик Т. Под ним: А.М. плюс 2, все это взято в кружок и рядом поставлено два восклицательных знака. Все. Что-нибудь понимаете?

Калев и Диана переглянулись.

– А чей был день рождения, ты выяснил? – спросил Калев.

– Пока нет.

– А жена не знает?

– Жена Оя? Нет. У него была масса знакомых, к большинству он ходил один, с женой только если к родственникам или близким друзьям, это, видимо, не тот случай.

Конечно, со временем мы на этого Тойво выйдем, опросим знакомых Ханса и найдем… Ты ведь подумал, что этого Хендрика Т. он встретил там?

– Скорее всего, – сказал Калев с некоторым сомнением. – Не обязательно, конечно, но есть шанс.

– Да.

Они помолчали.

– Калев, – вдруг сказала Диана с лукавой улыбкой. – А что если мы сходим с тобой в эту самую «Одиссею»? Поинтересуемся путевками, заодно посмотрим на Хейки Куллера вблизи, авось придет какая идея.

– А что, мысль плодотворная, – уронил Андрес без особого, правда, воодушевления.

– Ерунда, – отмахнулся Калев.

– Почему ерунда? – обиделась Диана.

– А потому, что ничего это не даст. В худшем случае ты его вообще не увидишь, не будем же мы требовать, чтобы он вышел к нам и покрутился, демонстрируя себя, как манекенщица, в лучшем, ты бросишь на него мимолетный взгляд и, если очень повезет, услышишь его голос. Ну и что? Ты надеешься по его виду поставить, так сказать, ему диагноз? Тоже мне Ломброзо!

– Почему Ломброзо? – вспыхнула Диана.

 – И вовсе не Ломброзо, а…

– Любопытная Варвара.

– Хорошо, я любопытная! Что из того? И вообще, жалко тебе, что ли?

– Нет. Не жалко, – сдался вдруг Калев. – Пойдем. Где это Андрес, далеко?

– Не очень, – сказал Андрес. – То есть совсем не далеко. Сейчас я найду точный адрес.

Он зашуршал бумажками, а Диана победоносно показала Калеву язык.

Хейки Куллер сидел в своем кабинете.

Впрочем, кабинет это громко сказано, закуток с письменным столом, заставленным путеводителями стеллажем, парой кресел и прочей немудрящей обстановкой отделялся от большой комнаты, где размещались рядовые работники фирмы, всего лишь тонкой перегородкой из матового стекла, таковы современные офисы, дешевизна, эффективность и никакого уединения. Вот и теперь до него, создавая неумолчный фон его невеселым мыслям, доносилось неясное бормотание нескольких голосов.