Я не якудза

Это твоя жизнь и у меня нет права копаться в ней.

– Как всегда, у тебя вежливая речь, которая сводит мой тупой мозг с ума. Спасибо, – я вытерла губы салфеткой.

Мы приехали к офису моего отца. На лифте, я и Тадамаса, поднялись до пятого этажа. Подойдя к двери в кабинет, я сильно напряглась.

– Не волнуйся, я поговорю с ним, – тихим и спокойным голосом сказал парень.

Когда отец увидел меня, он схватил со стола какую-то тряпку и подбежал бить меня.

– Вот дрянь! Тебя где носило?! Что мои друзья скажут?! У Харукити дочь, которая ведёт себя, как дурная девушка?! А, ну, иди сюда, – отец хотел схватить меня за руку, но ему помешал Тадамаса.

– Харукити – сан, ваша дочь всю ночь была под моим присмотром, – спокойным тоном произнёс мой спаситель.

– С тобой?! А ты ещё кто? Я вас обоих убью! Что ты сделал с моей дочерью, гадёныш!

– Цукаса Тадамаса.

– Что?! – отец растерялся. – Как? Ты же в Америке живёшь.

– Жил. Я неделю назад прилетел в Токио.

– А как Тихиро… С тобой… У тебя?!

– Вчера вы были пьяны, ваша дочь стояла одна.

Поэтому, я решил, что ей лучше будет переночевать у меня. На улице, особенно ночью, не безопасно.

– Да, конечно, – отец кинул тряпку на стул.

Они долго разговаривали с моим отцом, Тадамаса хвастался своими достижениями в медицине. Мой отец хотел такого сына, как он. Видимо, такая дочь, как я, никого не устраивает. Отец всегда кричит и поколачивает меня за любую провинность. Это неприятно, но терпимо.

Пока Тадамаса разговаривал с моим отцом, я успела разглядеть его.

На нём была белая футболка, сверху оранжевая куртка, брюки были серого цвета, как и туфли. На шее висела толстая серебряная цепь. В левом ухе были две серьги. Слегка удлинённая чёлка скрывала его длинные и густые брови. Его лицо было асимметричное и гладко бритое, без царапин и прыщей. Кожа была бледно – жёлтая, с розовым оттенком. Жизнерадостный и добрый взгляд, никогда не выдаст того, что он сын свирепого и безжалостного якудза. У Тадамасы привлекательная внешность, яркие и чёткие губы, они всегда были мягкие и пухлые на вид.

Рот был средний, на его лице он был свежий и идеально вписывался. Тадамаса говорил тихо, но в то же время проскальзывал бас. Когда он улыбнулся, я увидела его ровные и белые зубы. Они делали его улыбку щедрой и выразительной. Глаза агатового цвета были яркими и мерцали, словно две звезды. У него была продолговатая форма глаз, веко не так сильно нависало над его глазами. Взгляд всегда был понимающий и смелый.