Арабский пленник. Сборник рассказов и миниатюр

– Правильно… – расплылся в широкой улыбке сотрудник внутренних органов и внушительно пояснил: – День Милиции! Ясно?!

Парень обреченно кивнув, грустно уставился себе под ноги. Еле держась на ногах, гарант порядка с упрёком посмотрел на несознательную жертву, а затем продолжил своё нравоучение:

– И ты меня… в такой день… хочешь расстроить?! – он укоризненно покачал своей фуражкой, едва удерживая равновесие. – Не стыдно?

– Но у меня действительно нет денег – вновь попытался соврать Умед.

– Э-эх! – махнул с досады рукой правоблюститель и, повернувшись в сторону отделения милиции, расстроено произнёс: – Пошли! Не понимаешь по-хорошему… как знаешь…

От былого приподнятого настроения не осталось и следа.

Умед покорно поплёлся за своим палачом на плаху, лихорадочно прикидывая – как он себя должен будет вести, что следует говорить и чего – категорически нельзя. По пути, он предусмотрительно отключил свой мобильник.

В отделении милиции, в «обезьяннике», скопилось уже внушительное количество таких же «правонарушителей».

Парень коротко кивнул головой несчастным соплеменникам и стал покорно ждать своей участи.

В кабинете, куда его вызвали через пару часов, кроме знакомого ему сержанта, находился ещё один грузный лейтенант внушительной комплекции. Умед, по привычке, слегка потёр себе бока. Однако, на сей раз, обошлось без рукоприкладства. То ли «народу» было слишком много, то ли – и в самом деле – сказывался праздничный день…

Его тщательно обыскали, заставив раздеться.

Сначала детально была изучена куртка: проверили все карманы, ощупали рукава и прокладку. Затем, тщательно обыскали и брюки, не забыв хорошенько обследовав ремень: обычно туда безмозглые гастарбайтеры пытаются спрятать свои деньги.

Наконец, парень остался перед пьяными сотрудниками милиции в одних трусах, носках и ботинках.

– Снимай! – устало бросил лейтенант, поглядывая на часы. Время шло к полуночи.

– Что – трусы? – не понял Умед.

– Трусы тебя заставят снять в другом месте! – не выдержав, расхохоталась туша.

 – Обувь снимай!

– Если б, ты только мог себе представить – как я обосрался в тот момент. – признался мне на следующий день Умед, рассказывая свои злоключения. – «Ну, всё! – подумал я, снимая ботинки, – если они сейчас заставят меня снять и носки, то… это будет конец!»

– Что было дальше? – еле выдавил я, представив себе жуткую картину сегодняшней реальности.

– А ничего. – весело рассмеялся мой знакомый.