Арабский пленник. Сборник рассказов и миниатюр

Я был несказанно рад, ибо давно уже был лишен столь пикантного общества. Ну, а то, что «сюрпризы» – ещё впереди, в этом не было сомнений.

Внешне Света выглядела вполне прилично, можно даже сказать привлекательно: у ней сохранилась неплохая фигура, с аппетитными округлостями в соответствующих местах и милая, я бы даже назвал «детская» мордашечка, с большими наивно вопрошающими глазами. Не будь этих «мешочков» под глазами и испещренной сети морщин, я бы ни за что в жизни не признал бы в ней свою ровесницу.

Хозяевам кафе пришлось состроить на лице дружескую улыбку, будто они ужасно рады встрече, и коротко обрисовать Свете круг её обязанностей.

– Ну, что мне надо делать? – дохнула она жутким перегаром, вплотную подойдя ко мне и уставив на меня свои очаровательные глаза-блюдца.

Задержав дыхание, я молча, рукой указал на пластиковое ведро и лежавший рядом мешок с картофелем. Она понимающе улыбнулась в ответ, просто и откровенно сознавшись:

– Вчера столько нае@енились… всяко-разного… Голова раскалывается.

Я представил. Как представил и то, что меня сегодня ждет…

– Света! У нас с тобой сегодня куча дел. Поэтому давай поступим так: разговариваем, но заодно делаем дело, поняла? – попытался я дать ей установку, хотя глубоко в душе уже прокрутил, почему-то, самый наихудший из возможных сценариев. – Почисти пока срочно картошку.

– Хулишь тут неясного, – быстро согласилась со мною Света, – вот сейчас покурим и – начнём.

Мне стало смешно: про её частые перекуры я был наслышан ещё от Шойры. Однако, я сдержался и даже помог даме прикурить. Сам же, взвесив ситуацию и уяснив для себя, что рассчитывать на помощь глупо, стал срочно метаться по кухне, ставя на плиту кастрюли с овощами, яйцами и прочими продуктами, параллельно взявшись за разделку мяса. Она же, наблюдая за моими лихорадочными действиями со стороны, явно наслаждалась происходящим, и только изредка роняла в мою сторону едкие реплики:

– Господи! Да, какого х@я ты так носишься, как угорелый?! И чего ты переживаешь: это что – твое кафе? Тебе оно надо? Да е@ись оно коньком-горбунком! Пусть, они бегают обосрамшись, а ты должен быть гордым!

При этом, она вскинула вверх свою маленькую головку и, сжав кулачки, вся выпрямилась, приняв стойку.