Бухарские миражи

5

Довольно странный, на первый взгляд, симбиоз русского и таджикского языков. «Даромадан» (тадж.) – «войти» – неопределенная форма глагола. «Медаром» означает – «войду», «влезу». В данном случае, пролетарское сознание продемонстрировало уникальный подход к грамматике: первый слог и окончание изъято из родного языка, а середина заимствована из русской речи. Но самое удивительное и парадоксальное заключается в общем контексте высказывания: мол, теперь я, всё равно, по-всякому влезу, и буду прав, поскольку это моя страна и я тут являюсь хозяином.

6

Интересно провести параллели с произведением Платона «Федон», в которой рассказывается о смерти Сократа. По аналогии, последними словами этого мудрого философа были: – Критон, мы должны Асклепию петуха. Так отдайте же, не забудьте.

Асклепий (у римлян – Эскулап) – Бог врачевания греческой мифологии, воскрешал даже мёртвых. Петуха обычно приносили в жертву богу медицины за выздоровление. Возможно, великий философ хотел отблагодарить Асклепия за исцеление бессмертной души, которая наконец освободилась от оков тленного тела?

7

Статья была написана в начале ХХI в.

8

Таков расклад лиц сложился при правлении последних эмиров. Ранее же, в обязательном порядке, на церемонии присутствовали все главы тюркских родов, благодаря которым мангыты пришли к власти. В старом мраморном троне можно даже обнаружить небольшие ямки-отверстия (по диаметру монет), куда новоиспечённый эмир вкладывал стопкой известное количество золотых монет (по числу родовых племён), которые затем вынимались и передавались представителям этих родов.

9

Между прочим, по поводу названия этой мечети, у авторов данной книги существует своя версия, отличная от общепринятой. «При чём тут продавцы пряностей и благовоний („аттор“)?» – резонно может задаться вопросом обычный бухарец, знающий историю этого храма огнепоклонников, ибо существующая мечеть, как известно, была построена на фундаменте ещё более древнего святилища поклонников зороастризма.

А вот ежели вспомнить про авестийский «атар», означающий «огонь», тогда название «Магоки Атар-и» («В глубине огня /святилища/») становится вполне естественным и логичным. Три главных храмовых огня в зороастрийской традиции имели сакральное значение и вместе с тем символизировали три сословия иранского общества – воинов, жрецов и общинников – скотоводов и земледельцев.