Солдаты из гранита

– Что на это ответишь?

– Может, это агент брата?

– Но написано – заходил к тебе.

– А откуда доносчику известно, что этот Ашир когда-то служил талибам? И потом, сейчас другой век, у нас в армии, полиции, спецслужбах есть те, кто служил сначала Наджибулле, потом «Талибану», а после – новой, действующей власти. Но я не знаю никакого Ашира. Возможно, заходил кто-то из соседей или случайных людей, усадьба-то в тупике, люди путаются, но это разве преступление?

Базани промолчал, пристально глядя в глаза Редану.

Алим выдержал взгляд и продолжил чтение:

– «Еще к Редану приезжали люди из других регионов, например из Кандагара, это было летом, в июле». Это полная ерунда! Если кто-то и приезжал, то не ко мне. Так, что еще пишет этот тип, который, судя по всему, живет где-то рядом со старым домом. «Также Редан часто на людях выражал недовольство властью, правительством, ругал американцев. Сильно ругал, говорил, их надо отстреливать».

– Что, – спросил Базани, – это тоже ерунда и ложь?

– Нет, на этот раз правда.

Но кто сейчас доволен жизнью в стране? Я не скрывал, что сейчас мы живем плохо, очень плохо.

– И строим двухэтажные дома.

– И, наперекор всему, строим дома, но к доносу: американцев ругал, было дело, и то, что их мало отстреливать. Но почему и когда? Помнишь, их патруль на огромной скорости у самой базы сбил женщину и двух ее детей? И машины не остановились, словно ничего не произошло, не оказали и не вызвали помощь, они поехали дальше, под защиту стен своего форта.

Раздавили женщину и детей, как кошку с котятами, и скрылись. Тогда многие возмущались. Возмущался и я. Так союзники не поступают. И русские так не поступали, хотя и к ним я отношусь враждебно, это известно всем.

– Ну хоть это мы признали…

Дверь в допросную открылась, и на пороге появился брат Алима, майор ГУНБ Карим Редан. На удивление Алима, он не выказал недоумения или возмущения, даже не поздоровался, а сразу обратился к капитану:

– Ну что, Усим, подтверждается информация?

– Объективно, господин майор, донос не имеет никакой ценности.

Обыск ничего не дал, от обвинений ваш брат…

– Алим Редан, а не мой брат. Родственные связи в нашей работе не имеют никакого значения, – оборвал его майор.

– Извините, от обвинений господин Алим Редан отказывается, называя их ложью, провокацией.

– И что получается, Усим?

– Единственное, в доносной записке агента указано, что к Алиму приезжали люди из Кандагара.

– Это были мои агенты.