Космические приключения доктора Кинни

Я бы ушла, – добавила она, и голос ее повысился от волнения, – подальше от мира этого ужасного человека, подальше от всего этого, Строкор, в Джеос! Слышишь? В Джеос! И…

Но в этот момент я ворвался через решетку. Без единого звука я бросился прямо на них. И без единого звука они ускользнули от моей руки. В следующую секунду я тупо смотрел на бурлящую воду водовода.

И тут я увидел, что они сидели в каюте крошечной лодки, и что им удалось спастись!

Там был проем во внешний мир; я бросился туда и в наступающих сумерках уставился на черную полосу потока.

Далеко-далеко, как штрих, я увидел сверкающие стеклянные окна маленького судна. Один раз я различил взмах дерзкой руки.

– Мы поймаем их, когда они доберутся до долины! – прокричал я мужчинам.

Затем я достал свою трубу и увидел ее на нижнем конце канала, далеко-далеко внизу, слишком далеко, чтобы быть видимой невооруженным глазом.

За невероятно короткое время аппарат достиг конца. Он двигался с необычайной скоростью; возможно, он был невесомым; я удивился, что его стекла выдержали силу воздушного потока.

И я едва успел испугаться, что они оба погибнут на этом перевернутом водосбросе, прежде чем они окажутся там.

И тут произошло удивительное событие. Ударившись о трамплин стока, лодка выпрыгнула вверх по крутому склону. Вверх, вверх, вверх; сердце мое подпрыгнуло, потому что, конечно, они должны были разбиться, когда упадут вниз.

Но корабль не упал. Он летел все дальше и дальше, все выше и выше, скорость его почти не уменьшалась, он был похож на падающую звезду.

И за гораздо меньшее время, чем требуется для рассказа, маленькая лодка оказалась высоко среди звезд, с каждым мгновением поднимаясь все выше и дальше от меня. И вдруг холодный пот выступил у меня на лбу – впереди, прямо по курсу их движения, лежал голубовато-белый блеск Джеоса.

Я был так взбешен побегом сновидца с моей женщиной, что поначалу не испытывал никакой печали.

Позже, после долгих дней поисков в бассейне и вокруг него, я стал сильно горевать о своей потере. Когда я вернулся домой во дворец, я был практически болен.

Напрасно я назначил самую щедрую награду. Вся империя бросилась на поиски пропавших, но все это ни к чему не привело. Но я не переставал надеяться, особенно после разговора с Маком.

– Да, – сказал он, когда я задал ему вопрос, – едва ли возможно, что они навсегда покинули этот мир.