Между прошлым и будущим

А что им ещё было делать? Немец строил, охранник, которого звали Борис, следил за порядком, а ребятам было заняться нечем. Они вообще в этой странной галлюцинации не могли делать ничего другого, кроме как разговаривать.

Вечером во время ужина Лёнька наконец узнал новости о ещё одном своём друге. Наташка, выдавая его фрицу вечернюю пайку, сообщила, что днём в столовую приезжала машина с продуктами, и шофером этой машины оказался Пашка. Впрочем, конечно, сам Пашка не был шофером, а всего лишь сидел в нём, но поговорить с ним Наташке удалось.

– Ты не поверишь, Лёнь, – усмехнулась в призрачном разговоре Наташка, – этот водила, его, между прочим, тоже Павел зовут, так вот, он, оказывается ухажёр моей толстушки, в которой я сижу, прикинь, можно сказать, даже жених. Пока они вместе машину разгружали, я таких нескромных разговоров наслушалась. Я никогда не думала, что наши бабушки и дедушки так общались, в кино их совсем не такими показывают.

– Ну, ты сравнила, – усмехнулся Лёнька, – там кино, а тут жизнь.

Причём, как я понимаю, народ тут на зоне простой, университетов не заканчивал. Да и война только недавно закончилась, народу не до политесов, тяжело народ живёт, бедно. Я это уже заметил глазами моего немца.

– Да, согласна, – вздохнула Наташа, – очень заметно, что жизнь тут трудная и тяжелая. Но народ не унывает, развлекается как может.

– Ганс Хольц, а тебе опять посылка, – услышал Лёнька, когда собирался покинуть столовую.

Он уже знал, что так зовут немца, хозяина тела, в котором он сидел, сегодня на стройке он не раз слышал, как к нему обращались по этому имени.

– Счастливчик ты, Ганс, – говорил меж тем охранник у входа в столовую, – вторая посылка за месяц. Кто же тебя там в Германии так шибко любит?

– Муттер… Мама, – пробормотал Лёнькин немец. Мальчишка уже выяснил, что Ганс неплохо понимает русский язык, так как находится в плену уже не первый год и кое-что за это время смог выучить.

Но как разговаривает немец по-русски, Лёнька ещё не слышал. Впрочем, и по-немецки разговаривал Ганс не очень охотно.

– Топай на склад, тебя там ждут, – сказал охранник.

Как Лёнька понял, после ужина пленным наконец выпало свободное время, когда они могли почувствовать хоть какую-то свободу, не ходить строем, а заняться своими делами, если, конечно, такие дела у них были. У Ганса же дело было, и он отправился на склад.