А утром пришел Фо…

Взгляд метнулся по сторонам, но, так как я стоял под фонарем, вокруг видел лишь мрак. Я отбежал в темноту и крикнул:

– А ну, стой! Стрелять буду!..

– Я стою, стою. Не стреляй.

Судя по голосу, говорил не то ребенок, не то девушка. Я посмотрел в ту сторону и разглядел у ограждения темный силуэт. «Склад за спиной, значит, не на территории», – мелькнула мысль. И от этого стало спокойнее.

– Ты кто? – спросил я почему-то тоже шепотом.

– Я только предупредить хотела. Не надо стрелять…

– Подойди к фонарю! – приказал я, не сводя с силуэта прицел.

Фигурка переместилась на свет. Все-таки девушка! Голову ее покрывал темный платок, который она тут же сняла, рассыпав по плечам длинные волосы. Я поначалу даже опешил, настолько милым оказалось ее личико. На вид ей было лет шестнадцать, хотя, возможно, так казалось из-за ее небольшого роста. Девушка куталась в длинный серый плащ, смущенно переминаясь с ноги на ногу под моим взглядом. «Наверное, из деревни», – решил я, мысленно прикинув, что в ближайшей деревне Речки из населения, небось, остались лишь три старухи, которые не захотели покинуть ее еще с советских времен.

– О чем ты хотела предупредить? – спросил я.

– Уходите отсюда!

– Куда же я уйду? – Какая наивная. – У меня пост, служба…

– Уходите отсюда, очень прошу, – сказала она, и в голосе ее была искренняя мольба. – Вам нельзя тут быть, когда придет… – Девушка насторожилась.

– Придет кто?

Вдруг она побежала, быстро накинув на голову платок, и скрылась в лесу. В тот же миг позади меня раздались шаги. Я оглянулся и увидел, что по дорожке к посту спускается смена.

– Стой, кто идет? – окликнул я.

– Да ладно, расслабься, – сказал Агеев, позади которого шли Леха Волков, Слава Бабин и уже сменившийся с первого поста Вовка Роганин. – Начкар спит. Злой, правда. Петрович чего-то сегодня не пришел… Да расслабься, я говорю!

Я заметил, что все еще держу автомат на изготовку и дуло смотрит прямиком на разводящего.

– Все в порядке? – спросил Агеев. – Какой-то ты странный.

– Я слышал какие-то звуки на территории. Как будто шум воды. А еще… – Я хотел добавить про девушку, но решил промолчать. Тут же обвинят, мол, действовал не по уставу: мало того что не сообщил об этом в караулку, да еще и болтал на посту с посторонними.