Сто пять ракет, затмивших звезды

Акция планируется на площади восточного пригорода на среду, одиннадцатого апреля. Стрелять будут из танковых орудий. Позиции пока не определены. Точнее, я не знаю, где они, но информация об этом у меня будет. Отравляющее вещество – вагрин. Это практически аналог зарина, но мощнее. Он имеет светло-оранжевый цвет.

Майор сирийской разведки спросил:

– Будет произведен именно обстрел, а не закладка зарядов? Это точно?

– Да.

– Значит, в среду, одиннадцатого числа. Время обстрела?

– Пока это мне тоже неизвестно.

Но эти данные у вас будут.

– Тебе ничего не угрожает?

– Нет. За столько лет работы у боевиков я для них свой.

– Не слишком ли ты самоуверен?

– Нет. Как там моя Лия, Исам?

– Твоя семья в безопасном месте. Скоро увидишь ее. Это твое последнее задание. После нейтрализации банды уйдешь со спецназом.

– Но мне и в Дамаске оставаться нельзя.

– Мы переправим тебя в Россию. Договоренность об этом уже достигнута.

– Передайте привет жене и сыну.

– Конечно, Саид.

Сейчас Лия не знает, чем ты занимаешься, но когда ей это станет известно, она будет гордиться своим мужем.

– Мне хотелось бы увидеть ее. Но все. Не исключено, что выйти на связь по телефону я в дальнейшем не смогу. Однако сообщение по уточненным данным планируемой террористической атаки сброшу в любом случае.

– Мы контролируем каналы связи. Будь осторожен. Спецназ работает жестко. Я лично передам командиру группы твое фото, и все же побеспокойся о себе сам, – проговорил майор.

– Я слишком хочу попасть к семье, чтобы рисковать на завершающем этапе длительной командировки.

– Удачи тебе, Саид.

– Благодарю, конец связи!

Ваис выключил телефон, хотел положить его в сумку, но в комнату вдруг вошли Валид Мовлад, боевики Тасир и Хасан.

У разведчика похолоднело внутри. Провал? Именно сейчас, в самом конце?

Боевики молча встали рядом с разведчиком.

Мовлад от двери гадостно ухмыльнулся и заявил:

– Сатурн, значит? Все, шакал, ты доигрался!

– В чем дело, Валид? – Ваис старался держаться уверенно.

 – Ты о чем? Какой Сатурн? Да, я говорил по телефону, подаренному, кстати, мне за особые заслуги перед халифатом, беседовал с двоюродным братом. Об этом знает господин Харбани. Если тебе в детстве не привили правил хорошего тона, то это твоя проблема. А если еще и со слухом плохо, мерещатся всякие Сатурны, то я могу лишь посоветовать просить разрешения у господина Харбани обратиться к врачу.