Свинцовая бойня

Чернота полуразрушенного входа не внушала ему ни капли оптимизма. То же касалось и досок, которыми были забиты изнутри окна первого этажа.

«Проклятый старый дом», – всплыло в его памяти сочетание слов, вполне подходящее для описания того, что парень увидел.

Не дойдя пяти с половиной метров до здания, Козлов остановился. Внезапно все звуки вокруг него будто бы исчезли. Ему казалось, что в округе воцарилась полная тишина. Словно он ни с того ни с сего взял да и оглох. Или же ему по неизвестной причине вдруг заложило уши.

Зато сержант прекрасно слышал учащенный стук своего сердца и собственное прерывистое дыхание. В ушах парня зазвенело. Через секунду послышался лай собак. Наверняка они брехали где-то на окраине деревни, расположенной по ту сторону озера. Однако для сержанта их лай прозвучал так, будто эти шавки были где-то совсем близко.

Парень встрепенулся, не выдержал, достал пистолет и проговорил в темноту:

– Кто здесь? Пацаны, это вы?

Он едва узнавал свой голос.

Ответа от кого бы то ни было не последовало. Сержант быстро развернулся и подался обратно. Он сел в машину, захлопнул за собой дверь.

Сначала парень подумал, что контрактники просто решили его немного разыграть и именно по этой причине не отзывались. Однако для такой вот шутки ни время, ни место явно не подходили. Шантажиста все еще не было. Сослуживцы, ушедшие на разведку, как сквозь землю провалились. В любой момент могло что-то стрястись.

Козлов не знал, что ему дальше делать.

Дать совет мог только тот человек, который его сюда отправил, – майор Суханов. Правда, тут Андрей сообразил, что неплохо было бы сначала попробовать дозвониться кому-нибудь из пропавших контрактников. Поступить именно так было бы куда более логично.

В зависимости от результата можно было строить свои дальнейшие действия. То ли попытаться выручать дружков, то ли дозваниваться до Германа Семеновича, подкинувшего ему такую вот работенку, мать ее!

Парень осторожно достал мобильник и уже собрался звонить одному из приятелей-контрактников.

Однако в это самое мгновение произошло то, чего он, несмотря на все свои тревожные предчувствия, никак не ожидал. Из-за водительского сиденья резко появились две руки. Одна зажала ему рот. В другой находился нож, лезвие которого так прижалось к шее Андрея, что ему страшно было сделать лишний вдох.

Сержант опешил от неожиданности и посчитал за лучшее не дергаться.