Свой с чужим лицом

Молодой капитан, сопровождавший Измайлова, с любопытством разглядывал лейтенанта и на всякий случай помалкивал. Застыл на пустыре Пахомов. Три бойца предпочли не приближаться, мялись в стороне, делали вид, что происходящее их никоим боком не касается. Обстановка накалилась, угрожала лопнуть как чирей.

Измайлов вдруг шумно выдохнул, сплюнул, стал рыться в карманах, вынул пачку «Казбека», вытряхнул из нее папиросу. Шубин щелкнул зажигалкой.

Майор раздраженно отмахнулся, потянулся за своими спичками, прикурил со второй попытки и заявил:

– Адрес, лейтенант, где вы в последний раз видели этих людей!

– Заводской проезд, восемь.

Это небольшое предприятие.

– Волоколамский завод металлоконструкций, – подал голос сержант Пахомов, помимо сообразительности отличающийся слухом.

Майор криво усмехнулся, смерил оценивающим взглядом сержанта, потом повернулся к капитану и что-то тихо сказал ему. Тот понятливо кивнул, припустил к пикапу и забрался в кузов, к бойцам, которым пришлось потесниться.

Машина, фыркая выхлопной трубой, подалась к переулку. Т-34 как раз вытянул из него «Опель» с пробитым колесом.

– Ладно, лейтенант, что произошло, то произошло, – пробормотал майор уже другим голосом. – Сам-то как? Эти люди были практически у тебя в руках, и ты их упустил.

– Извелся уже, товарищ майор, – признался Глеб. – Не привык к такому. Но мы даже не знаем, кто это. В здании находились несколько человек. Если там отыщутся мертвые офицеры абвера, то это не наша работа.

Они сами с собой покончили. Дом мои люди обыскали, никого живого там нет.

– Ты рассмотрел тех, которые сбежали?

– Одного точно. Ростом примерно с вас, жилистый, спортивно сложен. Волосы светлые, возраст – от тридцати до сорока. Лицо скуластое, я бы даже сказал, костлявое. Когда гримасничает, оно сильно перекашивается. Носит офицерскую форму. Точно не скажу, но майор либо подполковник. Второй ни разу не показал лицо. Он бежал, а вышеупомянутый офицер его прикрывал. Одет в длинный плащ или макинтош.

На голове капюшон, завязанный тесемками под подбородком. Одежда бесформенная, но плечистый. Рост я не разобрал, потому как этот тип постоянно сутулился. Он ни разу не обернулся, товарищ майор.

– Вот же драный потрох! – Измайлов снова стал бледнеть, порвал зубами мундштук недокуренной папиросы, выплюнул огрызок. – Молодец, Шубин! Ты выпустил именно того субъекта, который нам нужен.

– Товарищ майор, не знаю, что и сказать.