Мифы Ктулху. Безымянный город

], а затем, в 1938 году, – в Weird Tales[2 - Американский популярный журнал, публиковавший произведения в жанрах мистики, саспенса, фэнтези и научной фантастики. Считается одним из наиболее влиятельных периодических изданий своего времени, сформировавших жанр ужасов в фантастической литературе.].

Данный рассказ повествует о древнем, погребенном в песках городе, что населен необыкновенными существами. В своих произведениях Лавкрафт еще не раз будет обращаться к данному месту и его удивительным жителям. В этом же рассказе впервые упоминается вымышленный обезумевший поэт Абдул Альхазред.

ВЕК СПУСТЯ…

В 2017 году Армель Гольм решил запечатлеть в рисунках образы, навеянные произведениями Г. Ф. Лавкрафта. Это было вызвано не только желанием отдать дань уважения знаменитому писателю, чье творчество послужило источником вдохновения для молодого художника, но и своего рода катарсисом, переживаемым им после прочтения, настоятельной потребностью поделиться мыслями и чувствами. Спустя два года рассказы Г. Ф. Лавкрафта с иллюстрациями Армеля Гольма увидели свет.

Я знал, что над безымянным городом, к которому я приближался, тяготеет проклятие. Я ехал по выжженной, залитой лунным светом долине и уже различал вдалеке очертания городских строений, что выступали из песка, словно трупы из плохо засыпанных могил. Искрошившиеся от времени камни этого пережитка прошлого, прадеда древнейших пирамид, как будто источали страх. Ужас, встававший у меня на пути невидимой преградой, замедлял поступь моего верблюда; мне казалось, некто убеждает меня отступиться, не доискиваться зловещих тайн, которые не открывались никому и никогда.

Безымянный город располагался в самом сердце Аравийской пустыни, его полуразрушенные стены были теперь немногим выше песчаных дюн. Он погиб еще до того, как были заложены первые камни Мемфиса или обожжены первые кирпичи Вавилона. Не существует предания столь древнего, что могло бы поведать о его названии или о той поре, когда в нем кипела жизнь.

Однако слухи об этом городе передаются шепотом из уст в уста у костров простолюдинов и в шатрах шейхов, и кочевники сторонятся его, не зная сами почему. Именно о нем безумный поэт Абдул Альхазред грезил той ночью, когда сложил свой исполненный темного смысла стих:

Над чем не властен тлен,

то не мертво,

Смерть ожидает смерть,

верней всего.

Мне следовало бы знать, что у арабов есть веские основания обходить безымянный город стороной.