Скандар. Похититель единорогов

Но пока они наблюдали за опускающимся солнцем в окне в конце коридора, Скандар не мог перестать думать о том, что завтра к этому времени его инкубаторский экзамен уже закончится и его будущее будет предрешено.

Глава третья. Инкубаторский экзамен

Скандара разбудил шорох. Открыв один глаз, он увидел Кенну, сидящую на кровати со старой коробкой из-под обуви на коленях. Это была не обычная коробка – в ней хранились вещи, принадлежавшие их маме: коричневая заколка, маленькая фигурка единорога, фото их родителей, принарядившихся для просмотра Кубка Хаоса, открытка на день рождения Кенны, перламутровый браслет с оторванной застёжкой, чёрный шарф с белыми полосками на концах, брелоки и закладка из местного книжного магазина.

Кенна обожала перебирать их и делала это гораздо чаще, чем Скандар, особенно когда нервничала из-за чего-то, объясняя это тем, что благодаря им она почти может вспомнить маму – её улыбку, запах, смех.

Но Скандар ничего о ней не помнил и старался не показывать, как ему из-за этого грустно.

Потому что большую часть времени папина грусть была такой всеобъемлющей, что, казалось, заполняла собой квартиру, весь город, целый мир. Кенна тоже, бывало, расклеивалась, и Скандару просто некогда было скучать по маме. Порой проще было засунуть свои чувства вместе с её вещами в дальний угол и постараться о них забыть. Но иногда, когда Кенна спала, Скандар доставал всё из коробки, совсем как сестра сейчас, и позволял себе немного погрустить. Позлиться, что её нет рядом. И помечтать, чтобы она крепко его обняла накануне самого важного дня в его жизни.

– Кенн? – шёпотом, чтобы её не напугать, позвал сестру Скандар.

Щёки Кенны вспыхнули, и она торопливо закрыла коробку крышкой и сунула под кровать.

– Что?

– Сегодня тот самый день, да?

Кенна засмеялась, хотя в её глазах читалась лёгкая грусть.

– Да, Скар. – Она сложила руки рупором и протрубила: – Сегодня инкубаторский экзамен Скандара Смита!

– КЕННА! Помоги мне приготовить завтрак-сюрприз для Скандара! – прогремел из-за стены папин голос.

Кенна широко улыбнулась:

– Поверить не могу, что он вспомнил!

– Поверить не могу, что он уже встал.

Вчера папа пустил их домой лишь поздно вечером и даже едва на них взглянул, погружённый в свои мысли.

Кенна быстро оделась.

– Сделай вид, что удивлён, ладно? – В глазах у неё плясал тот самый огонёк, который всегда в них вспыхивал, когда у папы неожиданно выдавался хороший день.